Несмотря на эти удручающие результаты, Южная Корея и другие страны хотят увеличить объем научно-исследовательского лова. Они надеются, что более длительные «исследования» позволят обнаружить достаточно рыбы для того, чтобы возобновить промышленную добычу минтая, находившуюся под запретом почти десять лет.

«Сколько нужно судов, чтобы выловить всю рыбу?» — интересуется, в ответ на это, господин Ло-Ли Лоу, биолог Службы национального морского рыболовства США и член американской делегации конвенции по сохранению запасов минтая в центральной подзоне Берингова моря.

Более известная, как соглашение по «дырке от бублика», конвенция 1994 года регулирует ту часть международных вод, которая является исключительной экономической зоной США или России.

Вероятно, не без поддержки Японии, Польши и Китая, Корея рассчитывает оказывать давление на Соединенные Штаты и Россию для того, чтобы они изменили метод определения минтаевой биомассы в «дырке от бублика» и позволили траулерам проводить «испытания» в присутствии наблюдателей. Представители шести государств встретятся в Шанхае на пятом ежегодном заседании комиссии по сохранению запасов минтая в Беринговом море, которое будет проходить с 6 по 10 ноября 2000 года.

По существующему соглашению каждому государству разрешается отправлять в «дырку от бублика» по два исследовательских рыболовных судна ежегодно. Кое-кто из выступающих за расширение исследований уже давно увеличил число своих исследовательских рейсов, поэтому их результаты не вызывают удивления. Пока существует потребность в минтае, «дырка от бублика» всегда будет являться вожделенным рыбным пирогом.

Вот отчет польского траулера «Акамар» (Acamar) за период с 29 апреля по 3 мая 1999 года:

«На глубине от 90 до 390 метров производилось пять тралений. Было поймано 186,6 кг рыбы и кальмара. В частности, лососевой акулы — 75,5 кг, кеты — 49,8 кг и бекаса-рыбы — 40 кг. Вес кальмара составил 12,4 кг от общего улова. В юго-восточной и северо-восточной частях поймано только две особи минтая».

Отчет другого польского траулера «Хомар» (Homar) за прошлый август гораздо скромнее:

«На глубине от 30 до 180 метров производилось 10 тралений, в результате чего было добыто 31,4 кг рыбы». И снова сообщается, что поймано только два хвоста минтая.

Результаты исследовательских рейсов за 2000 год не будут оглашаться до шанхайской встречи, но они подтвердят, что биомасса беринговоморского минтая нисколько не возросла.

«Исследование этого года показывает, что запасы минтая уменьшились. По крайней мере на 10 %», — говорит господин Лоу.

По условиям соглашения, биомасса минтая должна быть равна 1,67 миллионов метрических тонн, но исследования 1999 года показывают, что она уменьшилась больше, чем на половину. По данным Лоу, чтобы требования соглашения соответствовали последним семнадцати годам, в течение десяти из них в Беринговом море не должно было бы производиться никакой добычи минтая.

Зачем же тогда страны стремятся возобновить промысел в одной из самых значимых акваторий мира, если шансов на успех почти нет? У каждого свои причины.

«Я думаю, что за этим кроется определенный расчет, — считает Лоу. — Мне кажется, они хотят собрать эти конференции, поднять шумиху, а затем потребовать от правительства экономической помощи. Это мое мнение, но такое поведение вполне закономерно. Мы, американцы, поступили бы точно так же, если бы нам потребовалась экономическая поддержка».

Корея подтвердила точку зрения Лоу во время заседания рабочей группы, проходившего в Сиэтле в июле прошлого года. С 1992 года минтаевый траловый флот Кореи сократился с сорока шести траулеров до тридцати двух, а в период с 1993 по 98 год десять рыбопромышленных компаний «обанкротились в результате моратория».

У других стран схожие проблемы. В результате запрета на ловлю минтая в ЦБМ, без работы остались 30 польских судов.

Некоторые страны руководствуются железной логикой: объемы промысла необходимо увеличить, потому что мораторий не приносит желаемых результатов по увеличению запасов минтая. Зачем продолжать то, что не дает результата?

Другие делегаты руководствуются более туманными мотивами. Один из участников соглашения сказал, что, если исследовательский лов будет увеличен, появится больше возможностей незаконно проникать в американские или российские воды, где находятся значительные запасы минтая. Есть все основания полагать, что это станет возможным.

Сторонники увеличения лова сетуют на ненадежность данных научного лова, но не хотят, несмотря на условия соглашения, размещать своих собственных наблюдателей на судах других стран. Соответственно американские наблюдатели не допускаются на суда своих партнеров по соглашению.

«Такого никогда не было», — говорит Билл Хайнс, представитель штата Аляски.

На ноябрьском совещании Корея хочет выступить с предложением, суть которого в том, чтобы позволить одной стране отправлять больше рыболовных судов на научный лов в Беринговом море, если другая не использует свои возможности в полную меру. Корея просит, чтобы «достаточное» количество судов вне зависимости от флага могло «исследовать» центральную подзону Берингова моря, имея общую квоту около 20000 метрических тонн.

Известно, что при существующем режиме работы научно-исследовательские суда могут выловить 300000 метрических тонн минтая, то есть более, чем достаточно, чтобы его запасы никогда не возродились.

Россия сегодня, как никогда, категорически против всякой либерализации условий соглашения. Тем более теперь, когда выловлен почти весь минтай в Охотском море.

Однако до тех пор, пока Россия продолжает продавать квоты на минтай и другие виды в своей исключительной экономической зоне, ее партнеры по соглашению будут поддерживать открытие промысла минтая в Беринговом море.

«Прибрежные государства оказывают заметное влияние на происходящее, и Россия больше, чем кто-либо», — сказал Хайнс.

В прошлом номере «ТВ» мы напечатали две версии, российской и американской сторон, о происшедшем с СТР «Спитак» инциденте. За основу версии США была взята статья информационного агентства «Seafood», где ООО «Киль» определялось как совместная российско-американская компания, на что судовладельцы категорически заявили: ООО «Киль» — самостоятельное предприятие и никогда не являлось совместной российско-американской фирмой и не будет являться таковой. Утверждение Ричарда Престона, капитана катера береговой охраны «Акушнет», о том, что на задержанном траулере практически не было провизии, а пресную воду экипажу заменяла дождевая вода, руководство компании опровергло: запасы продуктов питания, воды и дизельного топлива на борту судна в момент задержания были в допустимом объеме, согласно норм.

30 августа в интернете, на сайте того же информационного агентства была опубликована очередная статья про многострадальный траулер. Вот лишь некоторые выдержки из нее: «Как утверждает Дэн Харрис, адвокат из Сиэтла, представляющий интересы судовладельцев задержанного российского траулера «Спитак», вопрос об освобождении судна скоро будет решен. Если новые судовладельцы выплатят до 5 сентября 2000 года штраф в размере 180 тысяч долларов, судно и его экипаж смогут вернуться в Россию. Если же оплаты не будет, судно будет конфисковано в пользу США. Помощник уполномоченного прокурора Анкориджа, Джеймс Баркли, так же как и его начальник, отказался комментировать ситуацию».

Ответ пострадавшей стороны: судовладельцем СТР «Спитак» является и будет являться российская компания — ООО «Киль»; на сегодняшний день (факс с комментариями был получен 1 сентября) деньги для доставки экипажа на борт траулера, на провизию и снабжение судна перечислены. Не позднее 3-го сентября будет оплачен и штраф в полном объеме. Судно будет освобождено из-под ареста и продолжит промысел.

Автор статьи пишет, что «Спитак» в настоящее время находится на Уналашке под присмотром морской службы США, и, как отметил Харрис, конфликт с задержанием судна вынудил предыдущих судовладельцев из Магадана отказаться от него и бросить экипаж на произвол судьбы, а траулер теперь принадлежит одной владивостокской компании, которая пожелала остаться в тени. Тут же говорится, что после задержания береговой охраной судно было отконвоировано в Датч-Харбор, а 20 членов экипажа были перевезены из Уналашки в Анкоридж, под опеку иммиграционных властей.

Далее еще интереснее — согласно ИА «Seafood», все та же иммиграционная служба вознамерилась выдворить русских рыбаков на родину, чему те, собственно, и были рады. Однако 17 августа самолет магаданских авиалиний вернули с выруливающей полосы в терминал международного аэропорта Анкориджа, а экипаж, против их воли, оставили в Анкоридже. Причиной этого стало решение судовладельцев оставить экипаж в США, чтобы судно можно было вернуть в Россию.

По заявлению управляющего иммиграционной службы, Роберта Эдди, рыбаки просто хотели вернуться домой, в Магадан, и сначала отказывались покидать салон самолета. В силу определенных обстоятельств им, все-таки, пришлось выйти из самолета. Злые, без денег, они переночевали прямо в аэропорту, пока их не приютили местные русские семьи. Как сказал две недели назад Роберт Эдди, судовладельцы отреклись от экипажа своего траулера.

Напомним, что 31 июля во время промысла, траулер углубился в беринговоморские воды США на 800 метров, за что и был арестован доблестной американской береговой охраной. По утверждению все того же адвоката, Дэна Харриса, «Спитак» на самом деле не вел промысел, а всего лишь маневрировал и его снасти плавали на поверхности воды. Зато бдительные офицеры береговой охраны обнаружили в трале аж 22,6 кг минтая, за которые в порту Датч-Харбор могут заплатить целых 4 доллара! Чувствуете недоумение? А обиду?

Теперь представьте себе обиду 20 членов экипажа несчастного траулера, которых американские СМИ буквально высмеяли, как каких-то пьяных дикарей (см. публикацию предыдущего выпуска «ТВ»). Почувствуйте негодование руководителей ООО «Киль», которые говорят, что все было наоборот: депортация членов экипажа не состоялась в связи с действиями адвоката фирмы, Дэна Харриса, члены экипажа не изъявляли желания лететь в Россию, а были в наручниках и ножных кандалах доставлены на борт самолета по требованию иммиграционной службы США. Смеем заявить, что члены экипажа выполняют только распоряжения руководства ООО «Киль». Экипаж ночевал в здании аэропорта не по своей прихоти, а по распоряжению властей США. Судовладелец не отказался от экипажа своего траулера, а предпринимал все меры по обеспечению размещения экипажа в русской общине г. Анкориджа (не безвозмездно), но из-за бюрократических проволочек, в связи с желанием американской стороны раздуть скандал, этот процесс занял длительный промежуток времени.

В дополнение к вышесказанному, исполнительный директор ООО «Киль» В.И. Черкасский утверждает: единственные потери, которые понесло предприятие в связи с вышеизложенным инцидентом, помимо финансовых затрат, — это смена руководства компании.

Ну что ж, похоже, неприятности магаданской компании и злоключения членов экипажа СРТ «Спитак» скоро закончатся. Можно еще долго обсуждать очередной конфликт российских рыбаков и властей США, но стоит ли искать правых и виноватых? Причины подобных инцидентов вполне понятны: они возникают из-за стремительного сокращения рыбных запасов Берингова моря и здесь четко прослеживается экономическая зависимость соседствующих государств от этих запасов. А решать проблему сохранения биоразнообразия Берингова моря рыбакам, как российским, так и американским, просто необходимо, от этого зависит их дальнейшая жизнь и судьба многих людей, проживающих на беринговоморском побережье. Поэтому мы еще раз призываем откликнуться на обращение Фонда «Северная Пацифика» и Тихоокеанского центра защиты окружающей среды и природных ресурсов по поводу проведения общественной российско-американской конференции по проблемам сохранения биоресурсов Берингова моря, опубликованное в 16 номере «ТВ». Наше молчание может очень дорого нам обойтись, если только мы не хотим стать свидетелями смерти столь нужных нам биологических запасов Берингова моря.