Реклама в газете
П Р А Й С - Л И С Т
   13-14 (138-139), 13 октября
 : : На главную : : 
 
 
 
«ВМЕСТЕ НАМ БУДЕТ ЛЕГЧЕ…»
Интервью с вице-губернатором Корякского автономного округа М.И. Куманцовым

МОЖЕМ ЛИ МЫ СОХРАНИТЬ В КОРЯКИИ РЫБНЫЙ РЕСУРС?
Интервью с руководителем корякского подразделения камчатского территориального управления «Россельхознадзор» А.А. Чекулаевым

 
 
sign Депутаты Госдумы обеспокоены ситуацией, сложившейся в рыбохозяйственном комплексе
sign Министерство сельского хозяйства России предложило ввести государственную монополию на оборот рыб осетровых пород и черной икры
sign Большинство дальневосточных компаний торгового и промыслового флотов переводят свои суда под флаг Камбоджи, Белиза или Панамы
sign Константин Пуликовский встретился с представителями инициативных групп по подготовке к референдуму по объединению Камчатской области и Корякского автономного округа
sign Начальник департамента по рыболовству администрации КАО Лев Алюхин прокомментировал журналистам красную рыбалку 2005 года
sign Председатель Центральной избирательной комиссии РФ Александр Вешняков завершил 10 сентября рабочую поездку на Камчатку
sign В день референдума по вопросу объединения Камчатки и Корякии жителям Петропавловска предложат ответить еще на три вопроса от городской администрации
 
 
• РЫБАКИ КАМЧАТКИ:
ВОССОЕДИНЕНИЮ С КОРЯКИЕЙ БЫТЬ!
 
 
• ОСТОРОЖНО: ПРОВОКАЦИЯ!
Идея объединения Камчатки и Корякии до недавнего времени воспринималась населением этих регионов как аксиома — то есть как истина, не требующая ДОКАЗАТЕЛЬСТВ
 
 
• САХАЛИН
РЕКОРДНЫЙ ВЫЛОВ ЛОСОСЕВЫХ
• ПРИМОРЬЕ
ЭКСПОРТ БИОРЕСУРСОВ В СЕНТЯБРЕ 2005 Г.
• ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЕ РЫБАКИ ПРОСЯТ УВЕЛИЧИТЬ ДОПУСТИМЫЙ УЛОВ САЙРЫ
• МАГАДАН
ИТОГИ ПУТИНЫ-2005
• ОПТОВЫЕ ЦЕНЫ НА РЫБОПРОДУКЦИЮ ПО САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ В СЕНТЯБРЕ 2004 Г.
• РОСТ БРАКОНЬЕРСТВА
• КОНТРОЛЬ НАД ВЫВОЗОМ СЫРЦА
• ПОНЯТИЕ О 12-МИЛЬНОЙ ЗОНЕ ИСКЛЮЧЕНО

ЯПОНИЯ
• СРЕДНИЕ СДАТОЧНЫЕ ЦЕНЫ
и объемы продаж в 10 основных портах Японии, июль 2005
• СРЕДНИЕ ОПТОВЫЕ ЦЕНЫ И ОБЪЕМЫ ПРОДАЖ
на 10 главных оптовых рынках Японии, июль 2004
• ИМПОРТ
основных видов морепродуктов, июль 2005 г.
• ОПТОВЫЕ ЦЕНЫ
на Токийском центральном рынке 5–15 сентября 2005 г.
 
 
• БУДЕТ ЛИ УЗАКОНЕН ПЕРЕДЕЛ?
АДМИНИСТРАЦИЯ КАМЧАТСКОЙ ОБЛАСТИ БОИТСЯ ПРИХОДА ВО ВЛАСТЬ НОВОГО ЧЕЛОВЕКА
 
 
• В.Ф. КОРЕЛЬСКИЙ:
«ЭКОНОМИКА КАМЧАТСКОЙ ОБЛАСТИ И КОРЯКСКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА — ЕДИНЫЙ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЙ КОМПЛЕКС!»
 
 
• ВОЗРОДИТСЯ ЛИ РЫБАЦКИЙ БЕРЕГ?
Накануне открытия Второго Дальневосточного форума рыбной отрасли Константин Пуликовский опубликовал цифры освоения прибрежных квот рыбаками Дальнего Востока
 
 
Калейдоскоп
• США:
ВЫСТАВКА WORLDWIDE FOOD EXPO 2005
• КАРЕЛИЯ:
КОБРУ НЕ ПРОПУСТИЛИ
• США:
ХОТЯТ ЗАПРЕТИТЬ ИМПОРТ ЧЕРНОЙ ИКРЫ
• МАГНИТНЫЙ ПОЛЮС НА ТАЙМЫРЕ
• ВОЛГУ ОККУПИРОВАЛИ ПИРАНЬИ
• НЕЛЬМА:
СОЗДАНА РЕСПУБЛИКА БРАКОНЬЕРОВ
 Информационный портал "Рыба Камчатки" —
 оперативная информация, анализ событий,
 обзоры рынков, бесплатные объявления


БУДЕТ ЛИ УЗАКОНЕН ПЕРЕДЕЛ?

АДМИНИСТРАЦИЯ КАМЧАТСКОЙ ОБЛАСТИ БОИТСЯ ПРИХОДА ВО ВЛАСТЬ НОВОГО ЧЕЛОВЕКА
 
Не секрет, что первостепенное значение для идеи объединения Корякии и Камчатки в областном центре имеют вовсе даже не экономические последствия этого шага — они, кстати, оцениваются не столь высоко, как пытаются нас в этом убедить агитаторы. Да и суть не в этом — необходимость объединения настолько обыденна для сознания камчатцев, что она укладывается в сюжет, который, если в трех словах, формулируется примерно так: «Возвращение блудного сына». Камчатка не мыслила и не мыслит себя без Корякии, а Корякия не может жить без Камчатки.
Интрига заключается в другом — в смене власти. Именно здесь лежит КРАЕУГОЛЬНЫЙ камень проблем будущего объединения. Мы не случайно выделили это слово — КРАЕУГОЛЬНЫЙ — ибо одна из властных сторон уже попыталась определить сферу своих интересов при этом объединении, положив в край ближнего для себя угла весьма своеобразные идеи дележа территории и ее ресурсов среди «представителей своего племени». Другой (то бишь корякской) стороне места на этом дележе, естественно, не нашлось.
Это один сценарий. Подчеркнем, что весьма грубо написанный и весьма странный по своему замыслу. Судите сами — уже на уровне президента России вопрос об объединении Камчатки (именно так: объединении Камчатки — ибо никогда еще Корякия ВНЕ Камчатки не существовала, как и Камчатка БЕЗ Корякии) рассматривается как необходимый, учитывая все нюансы этого дорогостоящего проекта. Вопрос о проведении референдума до последнего времени считался попросту формальным — необходимым для соблюдения обязательной процедуры. И вдруг — первый заместитель губернатора Камчатки, главный экономист и рыбник областной администрации выкидывает неожиданный «фортель» — заявляет о территориальных и ресурсных притязаниях Камчатки в Корякии, то есть в буквальном смысле сталкивает лбами рыбопромышленников двух регионов.
Не нужно иметь большого ума, чтобы не понять истинного смысла высказываний господина Чистякова — объединение Корякии и Камчатки опасно для действующей камчатской власти. Скажем больше — идея объединения для многих камчатцев связана в большей степени не с экономическим чудом (когда в пример приводят «объединение» Китая с Тайванем), а с исцелением от власти Машковцева-Чистякова, которые завели область в такие экономические дебри, откуда ей самостоятельно, может быть, уже и не выбраться.
Сегодня, наверное, нет уже таких компетентных инстанций, которые бы не вынесли своего приговора по деятельности администрации Камчатской области в рыбопромышленной сфере. «Ревизия и привлечение к ответственности», — это вердикт Счетной палаты Российской Федерации. «Ущерб бюджету страны» — вывод Министерства сельского хозяйства России, в сферу которого сегодня вошли и рыбные вопросы.
Поэтому мы вряд ли преувеличим, если скажем, что деятельность действующей исполнительной власти Камчатки ГУБИТЕЛЬНА для ведущей отрасли полуострова, а следовательно, губительна и для самой идеи ОБЪЕДИНЕНИЯ. Именно поэтому, на наш взгляд, губернатор Камчатской области Михаил Борисович Машковцев поспешил публично заявить, что он не собирается «занимать престол» будущего Камчатского края.
А это, скажем так, вполне может означать и нечто противоположное заявленному — например то, что товарищ Машковцев вовсе даже не собирается эту свою сегодняшнюю власть сдавать, так как в объединенном Камчатском крае ему может не быть никакой выгоды, а вот потерять можно все. Пять лет, которые Михаил Борисович уже провел в кресле губернатора, показали, что Камчатка ему глубоко безразлична — он успешно разваливал все, что создавалось до него, а сам собственно ничего не создал и, видимо, уже и не создаст.
Но… его команде удалось совершить передел в рыбной отрасли и сейчас НЕОБХОДИМО этот передел закрепить. А для этого нужно время. И его катастрофически не хватает. Реорганизация области в край может все погубить, если во власть придет человек, который будет руководить краем по другим, нежели действуют сейчас в области, правилам. Поэтому команде Машковцева-Чистякова крайне важно идею референдума (при всей той публичной важности захвата «ничейной» территории с ее богатейшими ресурсами) загубить. Ибо они могут потерять ВСЕ. Все, что НЕЗАКОННО на Камчатке присвоено членами их команды. А пока власть в руках, можно все это удержать, сохранить, перевести в личную собственность приближенных особ.
Кого же так боятся члены команды камчатского губернатора и его первый заместитель?
Сегодня уже озвучены имена двух возможных претендентов на пост будущего губернатора Камчатского края.
Одно из них достаточно известно — это губернатор Корякского автономного округа Олег Николаевич Кожемяко.
Что мы о нем знаем? Человек, сделавший блистательную по современным меркам карьеру (председатель правления Преображенской базы тралового флота — депутат Приморского краевого законодательного органа — член Совета Федерации Федерального Собрания РФ), перед которым открыты двери многих московских кабинетов. Третий в списке претендентов на пост губернатора Камчатки (начавший с нулевой отметки в рейтинге). Губернатор Корякского автономного округа, назначенный Указом Президента Российской Федерации. Молодой, энергичный, а, судя по шкале рейтинга, умеющий не только находить понимание у людей, но и вызывать личные симпатии.
Самым страшным в образе этого человека до недавнего времени было то, что он олицетворяет собой приморскую рыбопромышленную экспансию. На этом, кстати сказать, заострил свое внимание и господин Чистяков. Цитируем: «Подавляющее число судов-приемщиков там сегодня — это приморский и сахалинский флот. Сначала эти соседние регионы ОККУПИРОВАЛИ (выделено нами — ИК) прибрежные воды Корякии, где, кстати, полным ходом идет перепродажа квот вчерную, а потом начали осваивать и на берегу. Хороший тому пример — известный у нас на Дальнем Востоке промышленник Олег Кожемяко. Он сначала построил на берегу Тымлата рыбокомбинат, получив таким образом более 12 морских лососевых участков, а потом, став губернатором Корякии, стал расширять свое влияние на рыбный бизнес в Корякии».
Чистяков, конечно же, при этом понимает, что его слова обязательно дойдут до адресата, ибо тема приморской экспансии для рыбаков Камчатки — то же самое, что красная тряпка для быка, с помощью которой этого самого быка можно завести куда угодно и довести до белого каления.
Но… идея экспансии может уже и не сработать. Сегодня попросту нет угрозы приморской экспансии с севера, из Корякии, так как камчатская администрация на самой Камчатке давно уже все, что можно было сдать «пришлым» — приморцам, сахалинцам, мурманчанам, москвичам — сдала. На Камчатке уже просто НЕЧЕГО делить — рыбный пирог раскрошили до такой степени, что он скоро уже станет вообще несъедобным. Если в ближайшее время в соответствии с рекомендациями Счетной палаты РФ на полуострове проведут ревизию прибрежных долей и утвердят в Правительстве Типовое положение о промысле лососей, то вообще и камчатские, и корякские рыбаки могут спать спокойно, не боясь угрозы ни с севера, ни, тем более (что, как выясняется, весьма реально), с юга.
Но и это, оказывается, еще не все. Камчатские рыбаки тоже умеют видеть и сравнивать. Тем, кто занимается лососевым промыслом, по душе энергичные действия губернатора Корякии по наведению порядка на нерестовых реках (когда органы рыбнадзора, финансируемые корякскими рыбопромышленниками, изымают десятки (!!!) тонн икры) — камчатская же администрация попросту бездействует. Не смогли камчатцы остаться равнодушными и к просто фантастичным (опять же, по сравнению с Камчаткой) успехам корякских рыбаков по увеличению ОДУ (объемов допустимых уловов) по лососю (вспомним, что в прошлом году квоты на Западной Камчатке были увеличены только в ноябре, когда сама путина завершилась уже в августе).
Кстати сказать, пропагандируемая О. Кожемяко идея закрепления рек за пользователями (против которой мы сами неоднократно высказывались), тоже вызывает неоднозначную реакцию на Камчатке. Дело в том, как уточняет свою позицию вице-губернатор Корякии Михаил Куманцов, что эта идея в конечном итоге заключается в следующем: чтобы на лососевые реки пришел крупный рыбопромышленный бизнес, надежно закрепляясь за территорией и вкладывая свои средства в берег (понимая под этим высокорентабельное градообразующее предприятие) и охрану лососей.
В такой интерпретации эта идея может получить реальную поддержку и на соседней Камчатке — тот же «Акрос» или рыболовецкий колхоз им. В.И. Ленина тоже считают и публично об этом заявляют, что они должны иметь возможности, как «Океанрыбфлот» (получивший в свое время немалое количество лососевых рыбопромысловых участков от нынешней власти), расширять сферу своих интересов на промысле (а не только на приемке) лосося, вытесняя воровской лососевый бизнес малых предприятий. Мы сейчас не будем комментировать эти заявления, просто констатируем, что они не только на самом деле имеются, но и озвучены в средствах массовой информации. Кстати, администрация Бирюкова в свое время пошла именно по этому пути — закрепляя за крупными предприятиями лососевые участки и привязывая эти предприятия к камчатскому берегу. Администрация Машковцева все это порушила.
Поэтому в действиях губернатора Корякии команда Машковцева действительно может предчувствовать для себя будущую опасность, и потому, возможно так резко, сменил свой тон первый вице-губернатор Камчатки Александр Чистяков, который совсем еще недавно ставил этого самого приморского рыбопромышленника Кожемяко, обосновавшегося на южно-камчатской реке Озерной, в пример самим камчатским рыбакам. Тогда он не был ни отрицательным персонажем, ни (Боже, упаси!) «оккупантом».
То есть, факт налицо: что-то между ними разладилось.
И можно было бы поставить точку в этом маленьком расследовании, если бы не прозвучало недавно, как гром среди ясного неба, сообщение СМИ о том, что по примеру Абрамовича с его «чукотским чудом», претендовать на кресло будущего губернатора будущего Камчатского края может российский магнат Виктор Феликсович Вексельберг, председатель правления компании TNK-British Petroleum.
О «чукотском чуде» мечтают сегодня многие северяне. Рецепт его, полагают, очень прост — губернатор-миллиардер вливает в территорию налоги, получаемые с его собственных предприятий, которые он регистрируют в подведомственном ему крае — то есть происходит переливание капитала с территории, являющейся донором, в край, экономика которого, как, например, у нас на Камчатке, безнадежно больна. Дешево и, как говорится, сердито.
Почему бы и Виктору Вексельбергу тоже не сотворить подобное на Камчатке, тем более, что у него и к Корякии и к Камчатке появился устойчивый платиново-золотой интерес, как у Абрамовича — к чукотской нефти.
Что-то не верится! Но, говорят, истина проходит три этапа, первый из которых называется: «Какая чушь!». Второй: «В этом что-то есть!». И третий: «А кто же этого не знает».
Давайте рискнем и попробуем порассуждать, минуя первый этап и сразу переходя на второй.
Если в этом действительно «что-то есть», то имеются ли основания для беспокойства у команды Михаила Машковцева, которые были бы где-то озвучены? Нет. Но этого не было, возможно, потому что именно ЭТО за них сделало другое официальное лицо — председатель Камчатского областного Совета народных депутатов Николай Яковлевич Токманцев. Он открыто объявил средствам массовой информации, что кандидатура Вексельберга ставит под сомнение идею референдума об объединении (!) и пригрозил верхам, что камчатские депутаты «прокатят» магната, если его кандидатура в будущем будет предложена им на утверждение.
Николай Яковлевич в настоящее время находится в активной оппозиции к действующей власти, поэтому вряд ли стоит предполагать, что он таким образом выразил ей свою скрытую симпатию или дал понять, что готов к компромиссу и диалогу. Но мы с вами давайте просто вспомним прошедшие губернаторские выборы на Камчатке и кандидатуру, на которую ставил Николай Яковлевич во втором туре выборов. Это был камчатский рыбопромышленник Борис Александрович Невзоров, нынешний действующий глава Усть-Камчатского района. То есть снова мы вышли на рыбу. И снова именно на ней — на рыбе — столкнулись интересы камчатской администрации с интересами еще одной группы лиц, которые, предположительно, продолжают делать ставку на своего кандидата, перерезая пути залетным магнатам.
Вот тогда все встает на свои места…
Потому что именно рыба является основой основ всего, что происходит (в том числе и закулисно) на Камчатке.
И администрация Машковцева будет драться за эту рыбу с кем угодно, когда угодно и сколько угодно — примеров тому не счесть. А продержаться у власти, чтобы сохранить то, что присвоено, можно только одним способом — дискредитировав идею объединения.
Мы не знаем, кто будет начальником будущей большой Камчатки.
Но уверены, что у нынешней камчатской администрации и ее рыбных приспешников есть очень серьезные основания бояться прихода ЛЮБОГО нового начальника, потому что человек, НАЗНАЧЕНЫЙ на этот пост президентом России, будет нести персональную ответственность за то, почему главный рыбный цех страны находится в столь плачевном состоянии.
 
РИА «ИнтерКам»
 

МОЖЕМ ЛИ МЫ СОХРАНИТЬ
В КОРЯКИИ РЫБНЫЙ РЕСУРС?

ИНТЕРВЬЮ С РУКОВОДИТЕЛЕМ КОРЯКСКОГО ПОДРАЗДЕЛЕНИЯ КАМЧАТСКОГО ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ «РОССЕЛЬХОЗНАДЗОР» А.А. ЧЕКУЛАЕВЫМ
 
 
С.И. Вахрин, главный редактор газеты «Тихоокеанский вестник»: Сан Саныч, мы с вами проработали вместе в Камчатрыбводе двенадцать лет и знаем друг друга достаточно хорошо, чтобы понять многие вещи, которые происходят в сегодняшней жизни. Последний раз вы были в округе лет десять назад. Каким предстал округ сейчас? Если мне не изменяет память, то мы летали тогда вместе по жалобе коряков на то, что их обижает рыбоохрана. Я тогда руководил пресс-центром Камчатрыбвода, и мне было поручено руководством разобраться, насколько справедливы жалобы коренного населения.
А.Ч.: То, что я увидел, не поддается никакому сравнению — такого развала я еще не видел. В 80-х–начале 90-х годов мы приезжали в северные поселки, где шла своя спокойная и размеренная жизнь. Ничего этого больше нет. Гольная нищета и разруха, грязь и развалины. Это может сравниться разве что с западно-камчатским поселком Октябрьским, но и тот выглядит, несмотря на разруху, весьма преуспевающим по сравнению с разоренным и заброшенным корякским побережьем. Нечто подобное я видел в вашем фильме «Я родом из Японии», где вы показали развалины Усть-Камчатска после энергетического кризиса 1998 года.
Вот здесь, действительно, имеются очень четкие аналогии — камчатская администрация в тот год, чтобы спасти областной центр, вернула назад танкер с топливом, предназначенным для Усть-Камчатска, обрекая поселок на фактическую гибель. Перемерзли отопительные системы, взорвались батареи, вся канализация оказалась на улице и в подвалах. В Корякии дело обстояло еще хуже — здесь не было той благородной цели и идеи, ради которых был брошен на погибель целый национальный округ — четыре района с десятками сел. От некоторых из них остались уже только названия и развалины. Здесь еще теплится какая-то жизнь, взбадриваемая браконьерством. Промышленное производство в этих селах отсутствует почти повсеместно, если не считать сезонных баз, ориентированных в основном на производство красной икры. Прибрежные заводы разрушены и разграблены. Рыболовецкие колхозы (или то, что от них официально осталось) влачат просто жалкое существование.
По роду своих занятий мне приходится встречаться именно с таким рыбным местным бизнесом, главная суть которого заключается примерно в одном и том же — украсть и вывезти как можно больше.
Я не хочу сказать, что это характерно только для Корякии. Просто объективные условия для развития именно такого — воровского — бизнеса в Корякии более выражены: общий и для камчатских, и для корякских рыбаков Петропавловский рыбный морской и воздушный порты находятся для последних гораздо дальше. А это значит, что для перевозки браконьерской икры возникает значительно больше трудностей, следовательно, и для покрытия всяких «непредусмотренных» расходов (таких, например, как изъятие этой икры рыбнадзором) требуются дополнительные нелегальные заготовки.
Но и не только это. Корякия — это огромная труднодоступная территория, где каждое село уже много лет живет своей жизнью, по своим законам. Здесь с рыбы кормятся, поэтому местные жители (не коренные, а те, которые зиму проводят на юге Камчатки или на юге страны) умеют не только эту рыбу ловить, но и скрывать уловы и прятаться от инспекторов рыбоохраны, когда те появляются в этих краях. А безнаказанность, как известно, развращает.
Поймите меня правильно, я анализирую ситуацию в округе с точки зрения рыбнадзора. Вы можете привести мне в пример законопослушные, известные в округе компании, которые ничем себя не запятнали. И скажете, что таких в округе немало. И будете правы. Скажу больше — именно эти, назовем их так, положительные компании, оказывают и нам всемерную поддержку по борьбе с браконьерством. Но я-то веду речь о тех компаниях, которые представляют интерес для нас — органов рыбнадзора. Именно они — предмет нашего пристального изучения.
И именно эти компании создают самую неблагоприятную обстановку для развития рыбного бизнеса в округе. Именно на этих компаниях лежит ответственность за опустошенные в округе нерестовые реки. Именно на них лежит вся полнота ответственности за то, что в округе (самом богатом дальневосточном рыбном регионе) почти полностью разрушена экономика и создалась чрезвычайная ситуация по самым насущным северным проблемам — проблемам завоза продовольствия и топлива для зимы.
С.В.: А как живут в округе аборигены? Поползли слухи, что в разряд кардинальных мер по борьбе с браконьерством включены и такие, которые касаются интересов коренного населения — уменьшения нормы выдачи рыбы, сокращения количества рыбопромысловых участков, отказ в выдаче промысловых билетов для национальных родовых общин?
А.Ч.: Все это просто чушь. И десять лет назад мы с вами вместе разбирались именно с такими вот жалобами - рыбвод уменьшает нормы на вылов и сокращает количество рыболовных участков для коряков. Единственное, родовых общин в те времена еще не было.
И в те годы, и сейчас речь идет не о коренном населении Корякии. И в те годы, и сейчас мы говорим об одном и том же явлении в округе, которое разрослось просто до невероятных размеров — о браконьерстве под личиной местного коренного населения. Под видом скупки икры у коряков, которые, якобы, икру не употребляют в пищу, из округа вывозятся сотни тысяч килограммов этого ценного продукта. Корякские села «планово» сдают икру тоннами, хотя подушная норма рыбы не превышает двухсот килограммов лосося на одного аборигена.
Но это далеко не все — как грибы возникают в округе все новые и новые родовые нацио-нальные общины, в которых коряки используются только как прикрытие для рыбного бизнеса самых разных народов и народностей России, не имеющих к корякскому этносу ровно никакого отношения. И этот бизнес ничего другого, кроме разорения и растления коренного населения, в округ не несет.
Естественно, что нынешняя администрация Корякского автономного округа поставила перед нами в интересах сохранения рыбных запасов округа задачу ЗАЩИТИТЬ местное коренное население от рыбопромышленного произвола населения Неместного и Некоренного. Вот отголоски этой рыбной эпопеи и дали основание для слухов. Только кто и, главное, почему эти слухи об обиженных нами коряках распускает? Кто может быть недоволен нашими действиями, когда мы изымаем тонны икры, произведенной в антисанитарных условиях, или закрываем национальные общины, в которых самой коренной народностью Севера является или бывший северный кореец или нынешний житель Северного Кавказа? Вопрос, на мой взгляд, риторический.
С.В.: Для нас на Камчатке приход новой власти ознаменовался самым заурядным переделом в рыбном бизнесе области. Как только речь пошла о возможности объединения Камчатки и Корякии, камчатская администрация сразу заговорила о возможности погреть руки на рыбных ресурсах пока еще соседнего региона. То есть смена власти и передел собственности в сознании простого обывателя мгновенно ассоциируются, как нечто неминуемое, как нечто предопределенное свыше. Говорят, что и в округе начинается этот процесс?
А.Ч.: Я думаю, что этот процесс и не заканчивался ни на один день в течение всех лет перестройки и экономических реформ. Мы с вами застали в округе с десяток рыбозаводов, рыболовецких колхозов и госпромхозов. Куда они делись? Были искусственно обанкрочены, разворованы и брошены на произвол судьбы. Из останков некоторых из них были слеплены новые компании — акционерные общества, общества с ограниченной ответственностью и индивидуальные предприятия. Те в свою очередь тоже рождались и умирали, уступая место на рыбном берегу для других. И так будет всегда, пока есть конкуренция и нет четкой стратегии развития рыбного бизнеса в стране.
Губернатор Корякии Олег Николаевич Кожемяко поставил вопрос ребром — если с рыбопромышленных предприятий Корякии деньги от рыбы в бюджет не пойдут, то такие предприятия будут лишаться квот. И именно эти предприятия, которые скрывали свои налоги, имея всегда значительное количество квот, первыми заговорили о том, что Кожемяко затеял передел.
То есть искажен главный смысл в действиях окружной администрации — о наполнении бюджета, с одной стороны, и о сохранении ресурсов, с другой. Ведь не секрет — если предприятие научилось прятать прибыль от налогов, то уж вывозить нелегально рыбу оно умеет еще лучше, так как сначала воруют (если вспомнить Ильфа и Петрова) стулья (рыбу), а уж потом получают за эти стулья (рыбу) деньги…
Если же понимать под переделом рыбной собственности Корякии будущее изменение структуры рыбной отрасли, то это изменение в самые ближайшие годы коснется всех рыбных регионов России. Еще два года назад президент Путин сказал о необходимости развития крупного рыбопромышленного бизнеса. Если вы помните, Путин в свое время, будучи руководителем КРУ (контрольно-ревизионного управления) в администрации президента Ельцина инспектировал рыбную отрасль по делу так называемой «рыбной мафии» и имел уже тогда весьма серьезное досье на все, что происходило в криминальном рыбном бизнесе России. Почему прежде — в советские времена — не было такого беспредела в рыбной отрасли страны?
Потому что государство не отдавало экспорт рыбы в руки всяких рыбопромышленных проходимцев, как это происходит сейчас. Чтобы нормализовать этот процесс, на мой взгляд, нужно это количество экспортеров сокращать. Но как это сделать, если рынок объявлен свободным и существует антимонопольное законодательство? Только через развитие крупного рыбопромышленного бизнеса. Естественным экономическим путем. Малый и средний рыбный бизнес в условиях Крайнего Севера имеют мало реальных предпосылок для своего развития, если воровской бизнес не является их главной составляющей. Эта закономерность проявляется практически повсеместно по всему Дальнему Востоку. Малые и средние предприятия, пытающиеся работать по действующим в России экономическим законам, постепенно переуступают — продают — свой бизнес. Те предприятия, которые работают по воровским понятиям, тоже не имеют реальной перспективы для выживания — их выбивают различные органы рыбоохраны — ФПС ФСБ, МПР, МСХ.
По-человечески, я понимаю, что должен быть и мелкий и даже москитный рыбный бизнес, как и в других странах, чтобы обеспечить работой жителей береговых поселков. Но исходя из реалий сегодняшнего дня, когда государство не компенсирует рыбакам его трудозатраты, как это происходит в той же Японии, говорить о развитии малого рыбного бизнеса в нашей стране просто нереально.
Поэтому перед командой Кожемяко, в том числе и перед органами рыбнадзора, стоят очень серьезные проблемы, и не каждую из них можно решить просто так, с кондачка. Эти проблемы чуть не намертво вросли в тот же берег и береговой рыбный бизнес, что, кажется, их и не выдерешь. Трудно опираться в этой работе и на сочувствие тех, от кого ты защищаешь корякские рыбные ресурсы. Нельзя уже рассчитывать и на аборигенов в той мере, в какой они прежде были озабочены состоянием нерестовых рек. Рыбный бизнес превратился в кормушку, а браконьерство стало нормой жизни для многих северян.
Поэтому нужны экстренные и кардинальные меры. Но они, как правило, непопулярны.
Поэтому одной из важнейших наших задач, как органов государственного надзора в области рыболовства, мы считаем работу по разъяснению среди населения важности этих мер. Надеюсь, что и это интервью отчасти поможет нам в работе, которой не видно ни конца, ни края. А если это будет так, то мы сделаем еще один общий шаг в защите рыбных ресурсов.
 
РИА «ИнтерКам», www.fishkamchatka.ru

 » А Р Х И В «
 
 РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ 
 © 2000-2020
ООО «Редакция журнала «Северная Пацифика».
Использование оригинальных материалов без ссылки на источник запрещено.
 
Индексы газеты
«Тихоокеанский вестник»:
51842 — для частных лиц
51843 — для предприятий и организаций

МАИ
СОЮЗ ЖУРНАЛИСТОВ РОССИИ
Мультипортал ЮНПРЕСС - молодежное информационное пространство
Сайт активного поколения NEXT "Пять с плюсом"
проект "Информационный голод"
Почтовый Ящик Редакции