Реклама в газете
П Р А Й С - Л И С Т
   15-16 (140-141), 29 декабря
 : : На главную : : 
 
 
 
НУЖНО ЛИ ЗАКРЕПЛЕНИЕ РЕК?
самый важный и актуальный на сегодняшний день вопрос — это много лет витавшее в воздухе концессионное закрепление рек на срок от 25 лет и выше
«МЫ ЗАЩИЩАЕМ ИНТЕРЕСЫ ГОСУДАРСТВА…»
Интервью с начальником камчатского территориального управления «Россельхознадзор» И.В. Чернышенко
НЕКОТОРЫЕ СТРАННОСТИ ПОКОРЕНИЯ СИБИРИ
странностей в «истории» Государства Российского множество. Их тщатель-
но затушевывали офи-
циальные прозапад-
ные романовские «историки»

 
 
sign приказом Министерства сельского хозяйства определены квоты на вылов ВБР для Дальневосточного бассейна на 2006 год
sign правительство признало утратившим силу постановление от 20 ноября 2003 г. № 704
sign «Прибрежка» для пользователей Мурманской области распределена в полном объеме
sign контрольные ведомства России и Норвегии начинают проверку ведения рыбного промысла в Баренцевом море
sign Экипаж плавбазы «Залив Восток» вернулся к родным берегам, установив рекорд
sign компании, занимающиеся прибрежным рыболовством, закрывают свои береговые заводы
sign депутаты обсудили письмо губернатора Камчатской области к министру природных ресурсов Юрию Трутневу
sign На Камчатке практически все мелкие и средние рыбопромышленные компании в сезоне 2005 года понесли убытки
sign С 28 ноября по 9 декабря проходила XXII сессия Российско-Японской Комиссии по рыболовству
 
 
• СТАВИМ НА КРАСНОЕ
• ПУТИНА НА САХАЛИНЕ ПОД УГРОЗОЙ СРЫВА
• СКОЛЬКО НУЖНО, ЧТОБЫ ВЫЖИТЬ
• КОРЕЙСКАЯ КОМПАНИЯ ВСКОРЕ ПРИСТУПИТ К ОСВОЕНИЮ КАМЧАТСКОГО ШЕЛЬФА
 
 
• НУЖНО ЛИ ЗАКРЕПЛЕНИЕ РЕК?
«Мы ставим вопрос о закреплении рыбопользователей за реками, чтобы и рыбаки участвовали в сохранении того ресурса, который является основой их жизнедеятельности»
 
 
• НОВОСТИ МАРКЕТИНГОВЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
• САХАЛИН
ЭКСПОРТ И ВЫЛОВ МОРЕПРОДУКЦИИ
• МАГАДАНСКАЯ ОБЛАСТЬ
ИТОГИ ПУТИНЫ
• ПРОГНОЗ ОХОТОМОРСКОЙ МИНТАЕВОЙ ПУТИНЫ НА 2006 Г.
• ПРИМОРЬЕ
БРАКОНЬЕРЫ СБИЛИ ЦЕНУ НА ЕЖИКОВ ВДВОЕ
• ПРИМОРЬЕ
ЭКСПОРТ МОРЕПРОДУКЦИИ

ЯПОНИЯ
• СРЕДНИЕ СДАТОЧНЫЕ ЦЕНЫ
и объемы продаж в 10 основных портах Японии, февраль 2005
• СРЕДНИЕ ОПТОВЫЕ ЦЕНЫ И ОБЪЕМЫ ПРОДАЖ
на 10 главных оптовых рынках Японии, декабрь 2004
• ИМПОРТ
основных видов морепродуктов, февраль 2005 г.
• ОПТОВЫЕ ЦЕНЫ
на Токийском центральном рынке 5–15 апреля 2005 г.
 
 
• «МЫ ЗАЩИЩАЕМ ИНТЕРЕСЫ ГОСУДАРСТВА…»
Интервью с начальником камчатского территориального управления «Россельхознадзор» И.В. Чернышенко
 
 
• ПРОИСХОДИТ ЛИ ПОДМЕНА ПОНЯТИЙ О ПРИБРЕЖНОМ РЫБОЛОВСТВЕ?
Интервью с председателем Ассоциации прибрежных рыбопромышленных предприятий Корякского автономного округа А.Г. Чернышовым
• ПРИНЯТЬ ЖИЗНЕННО ВАЖНЫЙ ЗАКОН
ОБРАЩЕНИЕ АРПП
 
 
• ДОКТОР ЗЮГАНОВ НАШЕЛ ЭЛИКСИР ЖИЗНИ ПОД ВОДОЙ
гидробиолог Валерий Зюганов открыл вещества, которые способны вернуть людям молодость и лечить многие тяжелые болезни
• ГДЕ ВОДЯТСЯ САМЫЕ БОЛЬШИЕ РЫБЫ?
 
 
ВСЕ О ЛОСОСЕ
• НОРВЕЖСКИЙ ЛОСОСЬ
• УДАСТСЯ ЛИ ПРИРУЧИТЬ ЛОСОСЯ?
• Видеть во сне лососей, идущих на нерест, говорит о том, что…
• СЛИШКОМ РОЗОВЫЙ ЛОСОСЬ ПОРТИТ ЗРЕНИЕ
• КУЛИНАРИЯ
Калейдоскоп
• ОЧЕРЕДНАЯ ЗАГАДКА
• САМЫЕ ГРЯЗНЫЕ МЛЕКОПИТАЮЩИЕ
• РЫБОЛОВЫ ПОДАЮТ В СУД
• ПЕРЕВОЗНУЮ ОТСТОЯЛИ?
• «МОЛОЧНЫЕ МОРЯ» — НЕ ЛЕГЕНДА
• РЫБЫ С МИКРОЧИПАМИ ПОМОГЛИ СОВЕРШИТЬ ОТКРЫТИЯ
• РЫБОЛОВУ НЕ ПОВЕЗЛО
 Информационный портал "Рыба Камчатки" —
 оперативная информация, анализ событий,
 обзоры рынков, бесплатные объявления


«МЫ ЗАЩИЩАЕМ ИНТЕРЕСЫ ГОСУДАРСТВА…»

Интервью с начальником камчатского территориального управления «Россельхознадзор» И. В. Чернышенко

 
С.И. Вахрин, главный редактор сайта «Рыба Камчатского края»: Игорь Вадимович, в этом году появилась новая структура в области надзора, суть которой не совсем ясна. Народ знает рыбвод Федерального агентства по рыболовству, специализированную морскую инспекцию Министерства природных ресурсов, береговую охрану Федеральной пограничной службы ФСБ России. И вот теперь еще одна структура, возглавляемая вами, — Федеральная служба по ветеринарному и фитосанитарному надзору — «Россельхознадзор», которая также занимается вопросами рыбоохраны. Не происходит ли дублирование функций государственного надзора в области рыболовства. И не получится ли в итоге, как это часто бывает «у семи нянек»?…
 
И.Ч.: Прежде всего, давайте разберемся в специфике новой надзорной структуры. Она не имеет аналогов в нашей стране. Если все предшествующие рыбоохранные структуры создавались для надзора в области рыболовства и, действительно, дублировали и дублируют или взаимозаменяют друг друга, то наша головная цель — надзор в области пищевой безопасности. Рыба — это, прежде всего, продукт питания. Поэтому рыба, пойманная без соответствующих разрешений и доставленная на берег (в порт, на рынок, в магазин) без необходимого документального оформления в соответствии с Законами нашей страны, подлежит либо утилизации, либо уничтожению. Потому что она опасна для здоровья и жизни людей.
Но рыба — это всего лишь одна из составляющих частей нашей работы.
В данном случае произошло слияние полномочий по рыбному законодательству: рыбный надзор, охотнадзор, ветеринарный надзор и фитосанитарный надзор. То есть четыре составляющих. А это четыре уровня законов — четыре отрасли права.
И это слияние законодательств дало совершено неожиданный положительный эффект, которого, может быть, даже никто не ожидал. Особенно в области рыболовства и ветеринарии. Раньше это было несоединимо. И ни одна из рыбоохранных структур не могла проверить предприятия, связанные с рыбным бизнесом, если эти предприятия не являлись добытчиками этой рыбы, не получали разрешительных рыболовных билетов, — таким образом, рыбоохрана не могла контролировать рыбопереработку и рыботорговлю как важнейшие составляющие рыбного бизнеса. Сегодня для того, чтобы проверить именно эти предприятия, нам не нужно рыбное законодательство, мы работаем по Закону о ветеринарии. Это сертификаты качества, обязательные документы о происхождении рыбы (где добыт сырец?), лабораторные исследования, бланки сопроводительной отчетности по движению рыбопродукции, в которых содержатся очень подробные сведения с момента добычи рыбы и последующей ее переработки и транспортировки в пункты реализации.
В обычной практике люди, когда говорят о ветеринарии, представляют коров, свиней и домашних животных, которые нуждаются в ветеринарной помощи или профилактике. Но это лишь мизерная часть той огромной работы, которая входит в понятие ветеринарный надзор. Ветеринария решает две задачи. Первая, о которой мы говорили — борьба с болезнями животных. Вторая, о которой знают в нашей стране очень мало, — обеспечение качества и безопасности пищевой продукции. Но для Камчатки, где животноводство развито слабо, наиболее актуальна именно задача по обеспечению качества и безопасности пищевой, прежде всего рыбной, продукции. Но в то же время рыба — это и биологический объект, промысел которого регулируется рыбоохранным законодательством. Таким образом, мы, как надзорный орган, контролируем рыбу, как промысловый объект и продукт питания со всех сторон, чего до сих пор НИКОГДА не делалось.
Подчеркнем, что рыба на Камчатке используется исключительно на пищевые цели. Значительную долю этой рыбы составляет камчатский лосось. А это национальное богатство страны, так как дикого лосося в мире осталось немного (примерно одна четвертая часть мировой добычи лососей, все остальное — рыба искусственного происхождения с различными стимулирующими рост рыбы добавками в кормах, значительно влияющими на качество пищевой продукции). Так что камчатский лосось — это деликатес. Следовательно, ветеринарный контроль в этом случае должен быть еще жестче.
Поэтому сегодня мы обязаны иметь полную и объективную информацию о прохождении рыбы (как продукта животного происхождения) от места лова до места реализации со всеми составляющими (переработка, транспортировка, хранение) и наоборот — в обратной последовательности. Отсутствие информации на любом из этапов продвижения рыбопродукции превращает ее в продукт питания, ОПАСНЫЙ для здоровья и жизни людей. Ни метра продвижения продукта без ветеринарного контроля, ни минуты без внимания ветнадзора — таковы требования российского законодательства.
Полгода назад, когда мы только еще создавали новую службу, нам были переданы архивные материалы по ветеринарному контролю. И что вы думаете? Контроль был не просто слабый - он отсутствовал, судя по этим документам, полностью. Не было вскрыто ни одного административного правонарушения. И в этом уже на практике нам пришлось убедиться буквально сразу, с первых дней. Мы столкнулись просто с циничным нарушением правил и норм пищевой безопасности. Так, например, "Агротек" для производства своей хорошо разрекламированной продукции из парного камчатского мяса закупил 150 тонн китайской говядины, сроки употребления которого в пищу давно были просрочены и само мясо было запрещено к ввозу в нашу страну. Продукция животноводства, чтобы было понятно, делится на четыре категории: категория "А","В", "С" и "Д". Категория "Д" - это свежее парное мясо, которое не ограничивается по реализации. Китайское мясо не может быть парным по определению. Категория "С"- это полуфабрикат, который подлежит термической обработке при обычных температурах. Китайское мясо сюда тоже не подходит. Оно может направляться на обработку или по категории "В" - на глубокую термическую обработку: колбасы, сосиски, сардельки, прочее. Или по категории "А" - на производство консервов. Наш весь "Агротек" работает только на импортном китайском мясе, ввезенном сюда незаконно. Сегодня весь Дальний Восток завален этим дешевым мясом, создавая дополнительные проблемы для нашего производителя. Легче купить в десять раз дешевле мясо старое, вонючее, чем покупать хорошее у фермеров. Оно дорогое. И мы обязаны перекрыть этот канал. Не должно быть этого мяса на Камчатке. И "Агротек" пусть развивается на том сырье, которое он же сам и рекламирует - свежем камчатском мясе. Поднимет цены в соответствии с качеством. Лозунг дешевле - не значит, что лучше. Средний уровень жизни у нашего мужчины - 56 лет. Почему? Да потому что питаемся некачественными продуктами.
То же касается и куриных окорочков. Дешевое мясо в России сегодня, как правило, нелегальное по происхождению. Это отбросы, которыми брезгует цивилизованный мир.
 
С.В.: Но по мясным проблемам в средствах массовой информации что-то не очень задевают «Россельхознадзор», а вот по рыбе, как мне кажется, на вас ополчились уже не только местные газеты, но даже губернатор Михаил Машковцев публично жалуется на ваши действия Председателю Правительства Российской Федерации Михаилу Фрадкову.
 
И.Ч.: А теперь давайте перейдем к рыбе. Вспомним, что нам от роду только полгода и основное время нашей деятельности выпало на период, когда на Камчатке работает важнейшая путина года — лососевая, и нам нужно было в срочном порядке организовывать борьбу с браконьерством, с одной стороны, а с другой — осуществлять надзор по пищевой безопасности икры и рыбы, вывозимой с Камчатки на внутренний и внешний рынки.
Повторяю, что пищевая опасность рыбопродукции, как объекта питания, начинается с отсутствия хотя бы одного из документов, входящих в обязательный перечень. Если не установлено происхождение этой рыбопродукции, то она безоговорочно, без проведения экспертизы, подлежит утилизации (использованию на цели, не связанные с употреблением в пищу — на муку, на корм животным или как удобрение) либо уничтожению. Без проведения экспертизы, подчеркиваю, хотя экспертиза может показать отличное качество этой продукции. Но, тем не менее, она ОПАСНА, так как не установлено место ее происхождения. Альтернативы нет.
И с самого начала мы столкнулись с могучим потоком движения рыбопродукции через аэропорт и морской торговый порт по «липовым» документам. Мы этот поток остановили, что и явилось причиной всех тех публичных заявлений в наш адрес, которые столь же могучим и довольно-таки грязным потоком обрушиваются на обывателя, который, в принципе, ничего понять не может.
А история простая — существовала хорошо отлаженная схема со строго фиксированными ценами по вывозу икры (аэропорт) и рыбы (морпорт) с Камчатки, которая приносила ее устроителям хорошие дивиденды — нетрудовые доходы. При этом подвергая опасности пищевого отравления население нашей страны. Нелегальный провоз килограмма икры по этим «липовым» документам стоил 10 рублей. И процесс, повторяю, был массовым, отлаженным, «узаконенным». Вывоз гарантировали и контролировали люди в погонах. Это был просто какой-то икряной поток с Камчатки. Действовали внаглую — сами придумывали, из какой компании эта икра, хотя проверить было секундным делом. Ставились какие-то самодельные штампики, печати — это было видно невооруженным глазом даже неспециалисту. Была «липа» чистой воды. И все проходило, как по маслу.
Мы перекрыли этот поток. И все взвыли. Не только и не столько жулики (те понимали, что можно влететь в неприятную историю), сколько как раз те, кто этот поток обеспечивал, кто получал от этого прямую или косвенную выгоду. В буквальном смысле взвыло руководство аэропорта — вы нам грузопоток сократили на 1300 тонн!!! Мы вынуждены поднимать цены на авиабилеты, так как у нас нет загруженности самолетов, как это было прежде. И виноват во всем «Россельхознадзор»! Виноват, получается, в том, что остановил вывоз дешевой, потому что ворованной, приготовленной в антисанитарных условиях, опасной для употребления в пищу красной икры с Камчатки. Виноват в том, что раньше всем (вплоть до авиапассажиров) выгодно было иметь свою долю с этой, повторяю, ворованной икры, кроме только самого государства и его населения. А также кроме тех рыбопромышленных компаний, кто честно отработал на путине, а икру и рыбу продать не смог, потому что благодаря массовому нелегальному вывозу цены на них упали. Кроме бюджета области, куда, как известно, от этой ворованной и нелегально вывезенной икры и рыбы, не поступит ни копейки. Да и предприятия, которые этим вывозом занимаются, как правило, зарегистрированы далеко за пределами нашей Камчатки. Камчатских предприятий в этом списке нет. Может просто места не нашлось, а может быть вытеснили чужие. Не берусь судить.
Но выявленные нарушения по ветеринарному надзору за качеством и безопасностью рыбопродукции и возбуждение административного делопроизводства по ним вели нас к нарушениям в области рыбоохранного надзора. То есть кольцо замыкалось, и мы обнаруживали все новые и новые источники этой неучтенной рыбы и икры, которую пытались вывезти с Камчатки или держали в так называемых «схронах» до лучших времен, когда восстановится «путь на материк». В прошлом году, когда нашей службы еще не было, по официальным данным было зарегистрировано столько икры, что ее выход составил 20 процентов от биомассы рыбы (хотя он не может превышать пяти процентов). И откуда появились эти пятнадцать процентов? От выпотрошенной и выброшенной браконьерами рыбы. Вот какова реальная доля браконьерского промысла и нелегального вывоза камчатского лосося.
 
С.В.: Но ведь вы, по сути, делали благое для Камчатки дело. Почему же губернатор области сделал такое серьезное заявление о негативной деятельности «Россельхознадзора», сотрудники которого, пользуясь какими-то старыми нормативными актами Минсельхоза, остановили предпринимательскую деятельность многих предприятий, специализирующихся в рыбном бизнесе?
 
И.Ч.: Я думаю, что губернатор просто не разобрался в ситуации и пошел у кого-то из этих бизнесменов на поводу, потому что критика с его стороны в отношении органа государственного надзора и его нормативно-правовой базы была явно необъективной и весьма, я бы сказал, поспешной. Губернатор должен был, на мой взгляд, собрать все заинтересованные стороны, выслушать доводы каждой, проанализировать ситуацию в целом и сделать выводы, исходя из экономических интересов Камчатской области, которую откровенно, цинично и в особо крупных размерах обворовывают «залетные» предприниматели из центральной части России и Сибири. Ничего этого сделано не было — непроверенной жалобе был дан ход на самом высоком уровне на встрече с Председателем Правительства. И получилось некрасиво. Во-первых, губернатор назвал нас «Росприроднадзором». Во-вторых, он заявил, что этот орган поставил настолько жесткие требования к вывозимой продукции, что пятьдесят процентов камчатских предприятий не могут вывезти свою, ЧЕСТНО ЗАРАБОТАННУЮ, рыбу. В-третьих, экономика Камчатской области из-за этого в депрессии.
Ну, в депрессии экономика Камчатки, наверное, по какой-то все-таки другой причине — наши действия как раз и направлены на то, чтобы камчатские предприятия работали на благо Камчатки, оставляя области налоги с прибыли от добытой и переработанной рыбы. И в списке тех предприятий, о которых докладывал губернатор области Председателю Правительства, нет ни одного камчатского предприятия — есть, например, «Торговый Дом Сахалина», зарегистрированный в Москве (откуда нам пришел ответ — «по данному адресу не значится»), есть подобные предприятия из Кемерово, Санкт-Петербурга, которые скупали рыбу и икру у неустановленных лиц и пытались ее вывезти с полуострова. Налогов от этих предприятий области не видать, а шуму почему-то в их защиту на всю страну!
И не только губернатор.
Мы получаем протесты и представления из прокуратуры, от антимонопольного управления о защите прав данных предпринимателей. О том, что мы препятствуем их ЗАКОННОЙ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (хотя эти предприятия нас фактически грабят!). Договорились до того, что потребовали от нас проверять эти предприятия не чаще одного раза в два года — а все остальное время, получается, пусть себе воруют спокойно! Мы, как нам разъясняют, нарушаем даже 74 статью Конституции России — незаконно ограничиваем перемещение товара на российском рынке.
То есть не только губернатор области, но и камчатская прокуратура встали на защиту интересов тех не камчатских предприятий, которые наносят области серьезный экономический ущерб и нарушают законодательство России в области пищевой безопасности. И это, по меньшей мере, для нас, работников «Росссельхознадзора», странно.
Безусловно, мы делаем какие-то ошибки. Но это и закономерно, потому что у нас на Камчатке мы столкнулись с некой стеной, прикрывающей откровенные преступления в рыбном бизнесе. Понятно, что рыба — это основной и главный ресурс, который питает все структуры власти, и потому узел проблем затянут так крепко, что развязать его уже, может быть, и невозможно — это гордиев узел, который можно только разрубить. Но тогда нужно его рубить, потому что так, как мы живем, жить уже нельзя, — Камчатка откровенно разворовывается, ее богатства уходят по бросовым ценам, а рыбные компании нищают. Но мы не находим понимания по этим вопросам именно в тех организациях, которые и должны были бы прийти на помощь федеральной службе как государственные органы в той или иной сфере деятельности. Вокруг нас образовался какой-то вакуум.
Но мы ведь осуществляем еще и контроль на границе по вывозу рыбопродукции. Выдаем специальный сертификат. Таможенники тоже констатируют резкое сокращение вывоза продукции на экспорт. То есть оказался перекрытым еще один путь для легализации теперь уже экспортной незаконной продукции. Мы отвечаем перед другим государством за качество пищевой продукции, поступающей из нашей страны. И это очень серьезная ответственность.
Сейчас в мире идет борьба брэндов. И если под маркой «Сделано в России» поступит продукция, которая будет объявлена опасной для употребления в пищу, то пострадает страна в целом, а не какая-то отдельная компания, которая заготавливала ту же икру в антисанитарных условиях, пользуясь подручными средствами, оборудовав икорный цех в заброшенном курятнике, как это у нас имеет место быть и на Камчатке, и в Корякии. И внешний рынок сегодня переполнен браконьерской продукцией низкого качества. Почему уникальный камчатский дикий лосось идет по такой низкой цене — потому что покупатель не уверен в качестве этого российского продукта и его пищевой безопасности.
Почему уменьшилось количество экспортеров? Да по той же самой причине, что и прежде, в этом экспортном сертификате также предприниматель должен дать сведения (представить документы): кто, где, когда и на каком основании эту рыбу добыл. Поэтому перекупщики браконьерской рыбы сразу из списка экспортеров выпали.
Рыбу официально может поймать только тот, кто имеет на это разрешение и есть квота на вылов. А разрешение на вылов выдает «Россельхознадзор». То есть это наша внутренняя информация и нас уже не обманешь липовыми штампиками.
И потому поступления в таможне по сборам за вывоз рыбопродукции сократились на одну треть. И таможня тоже, конечно, недовольна нами.
Грузооборот морского торгового порта — вывоз рыбопродукции — упал на 38 процентов.
Стоимость килограмма икры на внутреннем камчатском рынке также сократилась на треть и составляет сегодня 250–300 рублей против 800–900 рублей в прошлом году (и я еще в мае говорил, что цена на икру на Камчатке резко упадет).
То есть что у нас фактически получается. Предприятия получают квоты. Добывают рыбу. Вырабатывают продукцию. Бьются за ее качество, приобретая современное технологическое оборудование. Вкладывают миллионы долларов в заводы. А продать ее не могут, потому что рынок уже забит дешевой браконьерской рыбой. Приезжает человек из Москвы, из Кемерово за наличные скупает по дешевке рыбопродукцию и по дешевке же продает, чтобы побыстрее оправдать свои прямые затраты. У него же нет никаких других платежей, кроме взяток, — ни зарплаты людям, ни налогов государству. И как ни странно, интересы его защищает прокуратура, антимонопольная служба, исполнительная власть.
 
С.В.: В связи с недавним случаем по задержанию ваших сотрудников, получавших взятки от рыбопромышленников, можно ли говорить, что и вашу совсем еще молодую службу не обошла эта наша национальная беда — коррупция?
 
И.Ч.: Мы только еще создаемся и, честно говоря, не успеваем очищаться. Нам в срочном порядке нужно было набрать около 500 государственных служащих, как в самом управлении, так и на местах, — в районах области и округа. Народ приходит самый разный, порой с рекомендациями очень высоких лиц, хотя это иногда служит не положительной, а отрицательной характеристикой.
Поэтому мы не застрахованы от прихода в нашу службу людей, целью которых является извлечение нетрудовых доходов, государственный рэкет, взяточничество. Наше общество настолько криминализировано и коррумпировано, что трудно за кого-либо ручаться. Такова действительность, и мы в ней живем по тем законам, которые не нами писаны.
На Камчатке все завязано на рыбу. И коли мы уж разворошили этот наш камчатский муравейник, то обязательно нужно ожидать реакции противоположной стороны, интересы которой оказались в этой ситуации ущемленными. Поэтому за нашими людьми будет особый контроль этой стороной, что, в свою очередь, поможет нам очистить свои ряды. У нас имеются факты (об этом нам сообщают наши коллеги из других регионов), что приходит к ним недосмотренная продукция с Камчатки или приходит с фиктивными печатями, минуя наш учет. Поэтому, учитывая все факторы, мы, со своей стороны, будем добиваться, чтобы ни один килограмм рыбопродукции не ушел с Камчатки без досмотра неучтенным. Сейчас разрабатывается специальная программа общения между регионами, чтобы контролировать все транспортные узлы. Можно по пути следования груза получить ксерокопии всех сопроводительных документов и выявить подлог или нарушение. А в конечном пункте следования груза эту рыбопродукцию уже будут ждать наши специалисты. То есть постепенно эта работа налаживается на федеральном уровне. И конечно же, хотелось бы рассчитывать на поддержку.
 
С.В.: А не поступят ли тогда со службой, как в свое время с налоговой полицией — возьмут и расформируют? Или сменят руководство?
 
И.Ч.: Уже поздно что-либо предпринимать — обороты нелегальной продукции, выявленные нашей службой, уже не скроешь. Эти данные являются официальными для всей России. Их уже не скроешь, не спрячешь, не заболтаешь. Какой бы новый человек ни пришел — он не сбросит показатели, потому что с него за это спросят по всей строгости. Управление не сможет сменить свою политику — это будет слишком заметно.
Кстати, мы ведь не открыли ни для кого ничего нового. В наших камчатских газетах писали о том, что эту рыбу везут к нам со всех сторон, сколько получают инспектора рыбвода или пограничники с каждого килограмма рыбы, о том, какой бардак у нас творится, какая в области рыбная экономика, в каких объемах вывозится икра с полуострова. Знали, но ничего не делали. Наша служба только подтвердила, что дыма без огня не бывает, что не только на словах, но и на деле на Камчатке творится рыбный беспредел, от которого страдают все жители полуострова, а не только рыбаки. Ведь все знают, что лимит на Петропавловск-Командорскую подзону 34 тысячи тонн, а ввозят из этой подзоны в Петропавловск и перерабатывают здесь в три раза больше рыбы, чем официально разрешено ее выловить. Об этом все говорят открыто. А лосось, который появляется на рыбных рынках за месяц до официального промысла? А икра, которой торгуют повсеместно без документов? Это для кого-то большой секрет?
И что дальше? А дальше нам пытаются сунуть палки в колеса и оболгать в глазах общественности, в глазах Правительства, в глазах руководителей «Россельхознадзора» и Министерства сельского хозяйства.
А ведь дело дошло до смешного (смеха сквозь слезы), когда к нам приходят рыбопромышленники, которые десятилетиями ловят эту рыбу, и просят защитить реки от браконьеров. Предлагают бензин, лодки. Повезло корякским рыбакам, что в округ на пост губернатора пришел человек, который реально и трезво видит проблемы рыбной отрасли с точки зрения того, кто создает экономику рыбацкого региона — с точки зрения рыбопромышленника, интересы которого власть должна всячески защищать. В итоге рыбаки в округе объединились, собрали деньги на авиапатрулирование, и наши специалисты рыбнадзора вместе с администрацией округа и правоохранительными органами такую войну браконьерам Корякии устроили, какой там и не помнят! Вот что значит поддержка власти и реальный союз с традиционными рыбопромышленниками, для которых браконьерский промысел — нож в сердце.
И останавливаться в своей деятельности мы не намерены — ведь мы защищаем интересы государства.

 » А Р Х И В «
 
 РЕДАКЦИОННЫЙ СОВЕТ 
 © 2000-2020
ООО «Редакция журнала «Северная Пацифика».
Использование оригинальных материалов без ссылки на источник запрещено.
 
Индексы газеты
«Тихоокеанский вестник»:
51842 — для частных лиц
51843 — для предприятий и организаций

МАИ
СОЮЗ ЖУРНАЛИСТОВ РОССИИ
Мультипортал ЮНПРЕСС - молодежное информационное пространство
Сайт активного поколения NEXT "Пять с плюсом"
проект "Информационный голод"
Почтовый Ящик Редакции