Назад

Глава 3. Коррупция

3.7. Приказ на беспредел

1999 год ознаменовался приходом к власти в рыбохозяйственном ведомстве бывшего генерала КГБ Николая Ермакова. Видимо, в очередной раз планировалось сделать мощный бросок вперед и победить коррупцию. Иначе зачем же назначать генерала КГБ на пост главного рыбного начальника страны? Поменяли и многих чиновников рангом пониже.
Но и с новым составом чиновников ведомство не изменило старым антирыночным идеям и делам. Возникает вполне естественная мысль, что люди, сидящие в кабинетах на Рождественском бульваре, не только не в состоянии сами генерировать прогрессивные идеи развития отрасли, но и даже не могут выбрать из существующего набора концепций верную и перспективную. Кризис жанра.
Факты в очередной раз подтверждают, что нынешние руководители, как и их предшественники, лишь послушные исполнители, а управляют всем те, кто стоит у них за спиной. Для таких мыслей есть достаточно оснований.
Примером может служить уникальный приказ № 170, подписанный 29 июня 1999 г. председателем Госкомрыболовства Николем Ермаковым. Для того чтобы была понятна суть дальнейшего изложения, отметим некоторые обстоятельства дела, затрагиваемого этим приказом.
Для начала немного истории. В начале 90-х гг., за счет кредитов иностранных банков, под гарантии правительства СССР, а затем и России, в ряде стран были заказаны крупнотоннажные рыбопромысловые суда, которые затем без конкурса, по произволу чиновников были переданы в лизинг отдельным рыбопромышленным предприятиям. У истоков кампании стояла созданная еще Минрыбхозом СССР фирма "Рыбкомфлот", возглавлявшаяся Орловым и Симоновым, которые теперь благополучно живут в Великобритании, продолжая и сегодня собирать дань с российских рыбаков.
Уже тогда многим было понятно, что разворачивается многоходовая афера, которая приведет лишь к откачке денег из бюджета. В 1993 году об этом в записке на имя президента писало и его Аналитическое управление. Обеспокоенность людей из Аналитического управления остается без какой-либо реакции.
В июне 1999 г. о потерях от своеобразного лизинга, которым потчуют Россию различные проходимцы, уже пишет в своем отчете о проверке исполнения одного из Указов президента и его Главное контрольное управление. Отмечалось, что контрактные цены на промысловые суда, получаемые в те годы по лизингу, завышались на сумму порядка 4,3 млн. долларов за судно, что уже на старте этой операции нанесло ущерб стране в 65 млн. долларов.
Есть по этому поводу уголовное дело? Конечно, нет! Впрочем, вопросы "Рыбкомфлоту" и тогдашнему председателю комитета по рыболовству В. Корельскому никто задавать не стал. Не принято!
А между тем, Владимир Корельский. назначенный в самом начале раскрутки аферы руководителем ведомства, вместо того, чтобы остановить очевидную "панаму", затеянную еще Минрыбхозом СССР, предпринимает решительные шаги для ее продолжения. 7 апреля 1992 г. его первый заместитель Владимир Лушников (бывший зав. сектором ЦК КПСС и бывший заместитель министра рыбного хозяйства СССР) издает бравурный приказ № 75 "О развитии лизинговых операций", в котором пишет: "Распоряжением Правительства Российской Федерации от 21 марта 1992 г. № 534-р принято предложение Комитета рыбного хозяйства при Минсельхозе России о развитии лизинговых операций с целью приобретения рыболовецких судов, построенных за рубежом". (Приказ приведен в приложении).
В конце июня 1998 г. старая история о судах, полученных в лизинг и за которые из федерального бюджета уже было выплачено более 125 млн. долларов, вдруг всплыла вновь. К тому времени у Владивостокского ЗАО "Супер" оказалось II судов, полученных в свое время по лизингу, а у холдинговой компании "Дальморепродукт" - 3.
Известно, что промысловые суда являются весьма лакомым куском экономического пирога, за который идет ожесточенная борьба, в том числе и с привлечением региональных и федеральных структур. Пришла пора делить суда, полученные по лизингу Приморскими рыбохозяйственными организациями.
Необходимо сказать, что в этом разделе мы затрагиваем только конечный этап сложных комбинаций по захвату и переделу собственности, опуская сознательно инсценированные или реально запутанные отношения в системе: Диденко - Никитенко - Наздратенко - рыбохозяйственное ведомство - "Рыбкомфлот" - зарубежные компании. Более подробно об этом рассказано в следующей главе.
Так вот, отраслевые "паханы", руками нового руководителя ведомства Николая Ермакова решили переделить флот. Претендентом на суда ЗДО "Супер". за которым стояли интересы семейства Никитинко, оказался руководитель "Дальморепродукта" Юрий Диденко. Можно, конечно, задать наивный вопрос, как это он может пожелать то, что ему не принадлежит" Но если "закон - мое желание" - реальность, то и препятствий нет.
Для удовлетворения аппетита нового претендента на суда нужно было отнять "всего" 11 судов испанской постройки ("голубые испанцы", как их называют на флоте) у закрытого акционерного общества "Супер" и передать их холдинговой компании "Дальморепродукт", у которой до этого передела, как мы говорили, их было всего 3 единицы. Если надо - сделаем! Стоит только на заключительном этапе привлечь к делу руководителя Госкомрыболовства Николая Ермакова.
Время для проведения "операции" по подписанию приказа было выбрано удачно: визит Николая Ермакова на Дальний Восток. Именно там, не без участия заместителя председателя правительства В.Н. Щербака, 29 июня и был подписан удивительный по своей наглости и безграмотности приказ: "О передаче судов ЗАО "Супер" ОАО ХК "Дальморепродукт". Документ пронизан откровенной заботой о компании "Дальморепродукт" и полным презрением к интересам ЗАО "Супер" и законам страны.
Кроме того, в рыночной экономике такие решения, как до сих пор считалось, вправе принимать только суд, а вовсе не руководитель ведомства, даже если он бывший генерал КГБ. При этом в приказе никак не обосновывается, почему это нужно забрать суда у одного не подчиненного ведомству предприятия и передать их другому, тоже не подчиненному ведомству предприятию. Нельзя же признать убедительным основанием утверждение, что это делается "в целях повышения эффективности эксплуатации траулеров...".
При этом для осуществления этой противоправной операции делается такой финт: суда передаются не прямо "Дальморепродукту", которому давно грозит банкротство и на котором висят серьезные долги рыбакам, а его дочерней компании "Дальморепродукт троулерс" (ДМПТ). 100 % акций которой принадлежит "Дальморепродукту".
При этом все. как всегда, запутано. Если в заголовке приказа речь идет о передаче судов "Дальморепродукту", то через десяток строк выясняется, что суда передаются совсем не "Дальморепродукту". а "Дальморепродукту троулерс", что юридически совсем не одно и то же.
Второй пункт приказа повелевает приостановить и отозвать копии лицензий на право промысла у судов ОАО "Супер", но сохранить копии лицензий у трех судов "Дальморепродукта". При этом не указываются даже причины отзыва лицензий, хотя закон о лицензировании требует их называть.
Пункты 3 и 4 приказывают приостановить действие свидетельств на право плавания и рыболовных билетов у ЗАО "Супер", но не трогать "Дальморепродукт". Пятым пунктом Ермаков поручает сам себе в недельный срок выдать "Дальморепродукту троулерс" новые разрешительные документы, хотя по ведомственному регламенту на это полагается месяц.
Предельно странный документ федерального ведомства, в котором даже не делается попытка скрыть корыстные мотивы всех лиц, включая высших государственных чиновников, заинтересованных в отъеме судов у фирмы "Супер".
Не станем обсуждать, что выдают и отзывают не копии документов. а сами документы. Оставим в стороне и многочисленные стилистические и грамматические ошибки приказа федерального ведомства - очень торопились. Отметим лишь, что приказ написан по-хамски по отношению к одному из предприятий и с низким почтением к другому. Может ли так себя вести федеральное ведомство? Похоже, что это просто какой-то бандитский налет при поддержке федерального органа по рыболовству на одно из предприятий отрасли. Читатель может познакомиться с этим перлом бюрократической мысли в приложении.
Если разобраться по существу, то вообще непонятно, зачем издан этот приказ, который не может иметь никакой юридической силы? Ведь в правовом государстве хозяйственные и имущественные споры решает суд, а вовсе не чиновники ведомства. Впрочем, это в правовом государстве и в гражданском обществе. А в коррумпированно-воровском? Там приказ имеет силу закона, и все его предписания немедленно исполняются. Рассматриваемый приказ, по-видимому, и есть эталон подхода к разрешению конфликтов в коррумпированном обществе. Как тут не отметить, что если официальный документ власти обычно является ее лицом, то данный приказ вполне определенно представляет какую-то иную часть ведомственного тела.
Ну а что же председатель Комитета по рыболовству и бывший генерал КГБ, которого прислали в ведомство для борьбы с той самой коррупцией? Не может быть, чтобы он не понимал то, что известно любому здравомыслящему человеку: такие приказы можно подписывать только по большой дружбе, по большой пьяни, по большой глупости или за большое вознаграждение. Какой из этих вариантов хуже сказать трудно.
Чтобы никто не видел позора, Ермаков оставил право контроля за исполнением этого смешного приказа за собой.
Здесь в самый раз сказать и о том, что в передаче судов был прямо заинтересован губернатор Приморского края Евгений Наздратенко, сыновья которого имеют определенное отношение "Дальморепродукту" и к "Дальморепродукту троулерс". Каковы истинные отношения в треугольнике Ермаков - Наздратенко - Диденко (кроме них, есть и другие весьма известные фигуры) сказать трудно, но то, что они были определяющими, сомнений не вызывает.
Бывший тогда премьером Степашин говорил, что увольнять чиновников нужно за их дела. Может быть, в то время уже и пришла пора Ермакова? Нет. Его уволили несколько позже. И совсем не за этот приказ.
А вот вопрос, почему Ермаков подписал компрометирующий его приказ, так и остался пока без ответа. Каждому придется самому выбрать ответ, с учетом того обстоятельства, что Ермаков далеко не глуп, не пьяница и Диденко среди его друзей не числится. И хотя это вопрос, скорее всего, для того ведомства, в котором раньше работал генерал Ермаков, но там, как мы знаем, своих в обиду не дают, поэтому сошлемся на Ивана Коротаева, который в статье "Язык до Лондона доведет" (Новые известия, № 158. 05.09.2001) приводит выдержку из стенограммы судебного заседания, состоявшегося в Лондоне в августе 2001 г. и рассматривавшего взаимные претензии "Дальморепродукта и "Рыбкомфлота".
"Из стенограммы судебного заседания. Вопросы Юрию Диденко:
Вопрос:Вы помните, что в октябре 1999 года вы просили господина Ласкаридиса вып.чатитъ авансом... $1,65 миллиона на конкретный счет в Сингапуре?
Ответ:...Деньги были необходимы, чтобы оплатить услуги, предоставленные в связи с ускорением приказа председателя нашего комитета Госкомрыболовства... Я попросил,, чтобы господин Ласкаридис сделал это... И разговор был очень простым... я попросил его (Ласкаридиса)... перевести деньги в счет услуг, которые были оказаны при подготовке приказа. Так и произошло.
Вопрос:Взгляните на документ, который указывает на платеж от 6 октября 1999 года в сумме $1,65 миллиона, который вы попросили сделать господина Ласкаридиса... Вы принимаете, что платеж был сделан, не так ли, на этот счет по вашему указанию?
Ответ:Да, по моей просьбе к господину Ласкаридису. Я попросил господина Ласкаридиса перевести деньги за услуги группы людей, которые помогали разрешить проблемы с приказом № 170"...
Завершает этот рассказ Коротаев словами: ... "у здравомыслящего читателя не должно быть сомнений, что Диденко говорит о банальной взятке". Моя точка зрения очевидна: приказ был подписан за большие деньги. Получается, что и преступление есть. Его, как взяткодатель, подтверждает под присягой в суде сам Диденко. Значит, есть и взяткополучатель. Кто же он? Власть, как всегда в таких случаях, безмолвствует. А ведь выяснить это - прямая обязанность Федеральной службы безопасности. Речь-то идет о полуторамиллионной взятке федеральным чиновникам. Зато как легко они сажают за решетку людей только за одно не доказанное в суде предположение о разглашении государственной тайны! Наносит ущерб государству разглашение. А вот получение взятки - никакого.

Назад