Назад

ГИБЕЛЬ "КАРАГИ"

Недавно в газете "Вести", в рубрике "Камчатка. Век двадцатый", я натолкнулся на коротенькую заметку: "21 февраля 1966 г., затонул в море от обледенения средний рыболовный траулер "Карага" вместе с командой, состоящей из двадцати четырех человек, и двумя инженерами-испытателями нового трала Юрием Архиповичем Шевченко и Владимиром Ивановичем Каманиным".
Эта коротенькая заметка всколыхнула в моей памяти печальные воспоминания. Старпомом на "Караге" был мой соученик по заочному отделению мореходного училища в 1965 г. Владимир Шеховцев. За несколько дней до гибели судна он получил в отделе кадров назначение на "Карагу". Попросился туда сам, потому что пришла пора менять рабочий диплом на звание штурмана дальнего плавания. А "Карага" как раз частенько ходила в дальний район для поисковых работ. Вот ведь судьба человеческая! Не знаешь, где найдешь, где потеряешь…
Во время упомянутых событий я был капитаном транспортно-холодильного судна "Мизар" Управления тралового флота и находился примерно в одном районе с СРТ "Карага".
Но начну по порядку. Мы с полным грузом снялись в район Озерновского рыбокомбината. После выгрузки в Озерной должны были взять груз рыбопродукции в Охотоморской экспедиции.
Заранее предупреждаю читателя о том, что с момента описываемых событий прошло сорок лет, и многое в памяти не сохранилось, так что, может быть, немного напутаю в датах.
19 февраля к вечеру мы проходили остров Уташуд. Радист принес метеопрогноз на следующий день. Он был неутешительным: ожидался ветер силой до десяти баллов. Поскольку при такой погоде в Озерной делать нечего, я решил отстояться в бухте Русской. Изменил курс, и к полуночи мы были уже в бухте.
Ветер набирал силу, мы отдали оба якоря в вершине бухты и стали ждать улучшения погоды.
На следующий день утром бухта Русская напоминала кромешный ад. Дул ураганной силы ветер от норд-веста, стоял сильный мороз. Сила ветра была такова, что когда штурман на мостике чуть приоткрыл дверь, ее тут же порывом ветра ударило о дверной косяк. От удара от дубовой двери отвалилась царга.
После полудня наступило кратковременное затишье. В бухту зашел отстояться краболов "Сергей Лазо" Кработреста. Отдал якорь и оказался носом на выход из бухты. Не прошло и часу времени, как сильным порывом ветра его прижало к берегу. Отойти он, естественно, не мог. Прошло менее получаса, как он запросил помощи у рыбного порта: "Имею контакт с берегом. Прошу выслать два мощных буксира для оказания помощи". Рыбный порт ответил, что буксиров не имеет и помощи оказать не может.
Шло время. Дело близилось к вечеру. Стало заметно, что краболов начинает крениться. Крен уже достиг примерно десяти градусов. Дело в том, что правым бортом краболов основательно прихватил грунта. Положение стало критическим. Но бывают же чудеса на свете! Вдруг неожиданно рванул порыв ветра с правого борта, и краболов как пушинку оторвало от берега. На нем, надо отдать должное экипажу, быстро выбрали якорь, и краболов сразу дал ход и пошел в море. Вот как получается в жизни: спасительная гавань могла стать местом серьезной аварии.
На другой день погода продолжала бушевать. Снова сильный мороз сопровождался ветром. При уменьшении силы ветра мы получили указание сниматься в порт. Пошли, придерживаясь ближе к берегу.
В порту узнали, что СРТ "Карага" сильно обледенел, пытался зайти и отстояться в бухту Вестник. Но немного недотянул. Судно потеряло остойчивость и моментально затонуло недалеко от острова Уташуд, на глубине метров тридцати. Судя по всему, спастись у экипажа не было возможности. Стояла ночь, и судно пребывало как бы в ледяном панцире. Да и, очевидно, у капитана была уверенность, что до спасительной гавани он дотянет. Но так и не получилось…
Рыбаки никак не могут получить ответ на мучающий их вопрос. Судно затонуло на сравнительно небольшой глубине. Почему его не пытались поднять? Ходили разговоры о том, что работала военная водолазная партия, и из членов экипажа подняли только одного - начальника рейса Юрия Архиповича Шевченко. Так ли это? Ни подтвердить, ни опровергнуть этого никто не может.
В этот жестокий шторм попали несколько наших СРТ, бывших на переходе. Хорошо помню, что среди них был СРТ "Семипалатинск", капитан Андрей Путилов. Он долго работал в Тралфлоте, затем капитанил на БМРТ и одно время трудился лоцманом рыбного порта. Сейчас я его уже долго не встречаю, наверное, уехал на материк.
Спустя примерно полмесяца в Управлении тралового флота был оглашен приказ. Отличившихся в борьбе со стихией рыбаков наградили ценными подарками. В основном, фотоаппаратами, часами и средневолновыми радиоприемниками.
…Прошло уже сорок лет со дня этой катастрофы. Может быть, сейчас настало время внести ясность и рассказать правду, почему "Карагу" не стали поднимать? Тогда даже не все знали о произошедшей трагедии, только моряки и их родственники. Конечно, трудно представить себе в то время идущую по городу похоронную процессию из двадцати шести гробов. Подобные трагические происшествия просто замалчивали. Был ли в этом смысл, сейчас сказать трудно. Такова, видно, судьба моряков. Недаром же пелось в старинной песне: "Жизнь ты моряцкая, доля незавидная, как тяжела и горька…"
Выше я писал, что, по слухам, с затонувшего судна подняли только одного человека - Юрия Архиповича Шевченко. Спустя несколько дней после публикации в газете, в редакцию позвонил один из читателей. Он сказал, что подняли другого человека, тоже инженера-испытателя нового трала - Владимира Ивановича Каманина. Для остальных моряков с этого судна "Карага" стала братской могилой…
Еще через некоторое время, перебирая старые бумаги, я натолкнулся на заметку из газеты "За высокие уловы" (ныне "Рыбак Камчатки") за 1966 г. Называлась эта заметка "Подарки за мужество". Приведу ее полностью.
"Уже сообщалось, что в ночь на 21 февраля 1966 г. по восточному побережью Камчатки прошел циклон с ураганным ветром, скорость которого достигала 53 метра в секунду.
Застигнутые ураганом траулеры "Ковран", "Семипалатинск" и "Кит" подверглись сильному обледенению. Образование льда на надстройках, палубах и такелаже было настолько интенсивным, что экипажи судов, работая беспрерывно на околке льда, не могли справиться с обледенением, вследствие чего появилась опасность потерять остойчивость. Положение усугублялось ураганным ветром. Крен судов достигал 55 градусов.
Несмотря на такую чрезвычайно тяжелую обстановку, экипажи СРТ "Ковран" и "Семипалатинск" вышли победителями из схватки со стихией. Капитаны траулера "Кит" т. Киселев и транспортно-холодильного судна "Мизар" т. Кривоногов для предупреждения обледенения судов приняли правильное решение переждать плохую погоду в укрытии.
Недавно в красном уголке Управления собрались моряки, которые в ту тревожную ночь проявили выдержку и смелость в борьбе с разбушевавшейся стихией. Согласно приказу по Управлению им были вручены ценные подарки.
Почетные грамоты и фотоаппараты "Киев-4" получили капитаны судов "Семипалатинск" и "Ковран" А. С. Путилов и Б. Ф. Баулин. Почетными грамотами и фотоаппаратами "Зоркий" награждены боцман судна "Ковран" В. Г. Титякин, третий штурман СРТ "Семипалатинск" М. А. Уренев, начальник радиостанции "Семипалатинска" В. П. Харитончик.
Транзисторные приемники и почетные грамоты вручены помощнику тралового мастера траулера "Ковран" Н. П. Беккерову, рыбному мастеру этого судна А. М. Бурлакову, матросу А. Ф. Недземов-скому, старшему механику СРТ "Семипалатинск" А. С. Дидуху, рыбному мастеру В. А. Игнатенко, помощнику тралового мастера В. Н. Быкову. Наручными часами "Слава" награждены матрос СРТ "Ковран" А. И. Пономаренко и траловый мастер СРТ "Семипалатинск" Г. П. Федорко.
Почетные грамоты и киносъемочные камеры "Спорт" получили траловый мастер "Коврана" М. С. Каталов и матрос "Семипалатинска" В. З. Сербушан. Настольными часами "Маяк" и почетной грамотой награжден второй механик Н. Н. Сопронов. Почетные грамоты получили семнадцать человек.
Кроме этого, ценные подарки вручены капитанам СРТ "Кит" и ТХС "Мизар" С. Т. Киселеву и Т. М. Кривоногову".
Вот такая заметка. И обратите внимание - ни слова о "Караге"! Отметили мужество и героизм выживших, но даже не упомянули о погибших!
Сейчас многие говорят, что в последнее время стало больше аварий и катастроф. Да не больше их стало, просто сейчас об этом разрешили говорить. А раньше подобные вещи, особенно связанные с гибелью людей, просто замалчивали. Время было такое. Советский Союз должен был выглядеть как самое счастливое и безопасное государство, где гибель людей в мирное время просто невозможна. История "Караги" - один из примеров издержек такой пропаганды. Что ж, Бог им судья, а погибшим морякам - вечная память!
Примечание редактора. Скорбный список жертв стихии на "Караге" ныне нанесен на одну из памятных досок, установленных в цент-ре города на Аллее морской славы, напротив здания бывшего Управления тралового и рефрижераторного флота.

Назад