ВОЗВРАТ К СОДЕРЖАНИЮ 

В. Н. АРОВ.

В. С. ЗАВОЙКО - ИССЛЕДОВАТЕЛЬ РУССКОЙ АМЕРИКИ И ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА

Василий Степанович Завойко вошел в историю как первый губернатор Камчатской области, руководитель обороны Петропавловска в 1854 г., а после эвакуации Петропавловского порта, гарнизона и администрации Камчатской области в 1855 г., - как "начальник морских сил при устьях Амура". Менее известна его деятельность как исследователя Русской Америки в 1830-е гг. и юго-западного побережья Охотского моря в 1840-е гг.
В 1834 г. двадцатипятилетний лейтенант В. С. Завойко отправился в кругосветное плавание на морском транспорте "Америка" под командованием капитан-лейтенанта Ивана Ивановича Шанца. Летом 1835 г. он впервые ступил на камчатскую землю, а 14 сентября того же года Василий Степанович прибыл в столицу Русской Америки - Ново-Архангельск на острове Ситха. Главным правителем Русской Америки в это время был Фердинанд Петрович Врангель - знаменитый кругосветный мореплаватель и полярный исследователь. Второе кругосветное плавание В. С. Завойко совершил в 1837-1839 гг. на судне "Николай" под командованием капитан-лейтенанта Евгения Андреевича Беренса, также с заходом в Русскую Америку.
После возвращения из второй кругосветки В. С. Завойко издал в Петербурге две небольшие книжки под общим названием "Впечатления моряка во время двух путешествий кругом света (сочинение лейтенанта В. З.)". Сведения В. С. Завойко о Русской Америке представляют определенный интерес, так как источников об этих русских владениях сохранилось немного, и значительная часть их хранится за пределами России, в основном в США, а основной архив Российско-Американской компании (РАК) погиб.
Завойко сообщает множество любопытных фактов о российских владениях в Америке, дает оценку деятельности главных правителей Русской Америки в те годы: Ф. П. Врангеля (1829-1835 гг.) и И. А. Купреянова (1835-1840 гг.). Он описывает жизнь и занятия обитателей "столицы" Русской Америки и калифорнийской колонии Росс, природу и климат острова Ситхи, хозяйственную деятельность РАК, дает высокую оценку миссионерской и научной деятельности "апостола Севера" И. Вениаминова.
Завойко пишет: "Первое впечатление, которое сделал на меня в Ситхе ея осенний климат, не расположило меня в ее пользу… Она сходна с нашей родимой северной осенью; так же сурова и так же мрачна, и солнце своими лучами редко согревает кровь, зато камельки с радушным приемом здешних хозяев заменяли нам солнечные лучи. Отогревшись у них, я пошел осматривать все здешние заведения, и не мог не порадоваться, что в этом отдаленном крае, под благотворной сенью нашего правительства, общество частных людей, устроив свои заведения для польз торговых, не забывает польз края и человечества. Надобно удивляться, в каком стройном порядке текут здесь дела, как ясно видно во всех заведениях попечение и искусство руки, которая управляет всем краем с истинным расположением к добру и пользам человечества".
Под "рукой, которая управляет всем краем" Завойко имеет в виду Ф. П. Врангеля, ставшего ко времени издания книги его родственником. Вскоре после возвращения из второго плавания В. С. Завойко женился на Юлии Егоровне Врангель - племяннице Фердинанда Петровича. Этим объясняется восторженный тон описания основных объектов на Ситхе.
Вот такую оценку деятельности Ф. П. Врангеля на посту главного правителя Русской Америки дает В. С. Завойко: "Здесь, в американских владениях России, его просвещенная благонамеренность все дела американской компании быстро продвинула к улучшению. Истинный филантроп, он, при содействии компании ее капиталами, улучшил в колониях благотворительные для человечества заведения, которые порядком и пользою поспорят с лучшими в этом роде заведениями внутри России".
Кстати, самому Завойко в начале 1850-х гг. правление РАК предлагало занять пост главного правителя Русской Америки. Но Завойко, являвшийся в это время начальником Петропавловского порта и военным губернатором Камчатской области, предпочел остаться на Камчатке.
Описание Ново-Архангельска Завойко начинает с адмиралтейства: "Все мастерские устроены удобно и красиво, содержатся в чистоте и порядке. Кроме столярных, токарных здесь даже есть литейная, оружейная, компасная. Мастерства по этим искусствам доведены, можно сказать, до совершенства, чему служит лучшим доказательством отделка судов нашей компании, которыя по своей чистоте и красоте не уступают ни английским, ни американским военным судам… Все суда вооружаются здесь по методе американцев, и все железные вещи выковываются в своих мастерских с таким искусством, что в прочности и чистоте не уступят иностранным. В здешней литейной отливают рулевые петли, отделываются разные вещи, служащие для морского щегольства, так чисто и красиво, что можно залюбоваться… На здешнем эллинге построено несколько прекрасных судов в полном смысле этого слова, и флаги их развеваются на славу русских у берегов Охотска, Сандвичевых островов, Калифорнии и Южной Америки. Бриг американского купца Френча, обновленный на здешнем эллинге, унес славу его в свою родину под именем "Леди Врангель" (назван в честь Елизаветы Васильевны Врангель - жены Ф. П. Врангеля. - В. А.)".
"Из адмиралтейства мы перешли в училище, преобразованное в 1832 году для воспитания юношества. Комплект его состоит из сорока пяти человек. В училище принимаются дети здешних служителей, креолы и преимущественно сироты. Оно помещается в довольно обширном здании; спальни детей просторны и опрятны, снабжены приличной, можно сказать, роскошной мебелью, классы не уступают спальням, а библиотека имеет все нужные пособия для образования малюток, свежих, здоровых, полных жизни и подающих множество прекрасных надежд в будущем. Курс, здесь преподаваемый, заключается в нравственном образовании, в познании православной веры, русского языка и математических наук, собственно относящихся до мореходного искусства и ремесла. Способнейшие из воспитанников выпускаются в помощники штурманов; остальные размещаются в разные должности по управлению и по мастерствам в порте".
Об оборонительных сооружениях Ново-Архангельска Завойко пишет: "…здешняя крепость… удовлетворяет потребностям и служит непреодолимою оградою от нападения туземцев, колош (в 1804 г. 800 индейцев-тлинкитов - колошей уничтожили русские укрепления на острове Ситха, и только приход военного корабля "Нева" под командованием Ю. Ф. Лисянского, совершавшего первое русское кругосветное плавание, помог тогдашнему правителю Русской Америки А. А. Баранову усмирить восставших. - В. А.).
Укрепление ее состоит из стен, сложенных из бревен, и нескольких деревянных построек в виде бастионов и башен, искусно расположенных для обороны, и внутренних строений и рейда. Укрепления вооружены пушками разного калибра: от 3-х до 24-фунтового. Всех орудий до сорока. Этих мер слишком достаточно для обороны не только против туземцев, но даже и против сильнейших неприятелей, которые захотели бы попытаться завладеть тем, что русские называли своим. Дух жителей и порядок, наведенный для защиты, служит верной порукой, что никто не застанет здесь наших врасплох ни днем, ни ночью, и дерзкий дорого заплатит за свою попытку".
С таким же восторгом В. С. Завойко оценивает деятельность Ф. П. Врангеля в организации медицинской помощи: "Здесь есть также госпиталь, которую не стыдно перенести в любой из городов Европы. Госпиталь получила также усовершенствование при нынешнем главном правителе и помещается в прекрасном доме на тридцать кроватей, размещенных в палатах хорошей отделки, светлых, просторных и опрятных до возможной степени. С изобильной аптекой, одежда больных, продовольствие и прислуга вполне отвечают другим частям, а внимательность и попечение, с каким обходятся с больными, довершает совершенство этого прекрасного заведения".
Окрестности Ново-Архангельска произвели на Завойко приятное впечатление. "В окрестностях всего замечательнее горячие серные источники. Температура их простирается до 50 градусов. Этим благодательным даром природы здесь умели вполне воспользоваться. Тут устроены ванны и помещение для желающих воспользоваться водами. Для чиновников есть прекрасный домик со всеми удобствами для жизни, для нижних служителей есть казармы. Отсюда отправились мы в Озерский редут. Это небольшое укрепление в тридцати верстах от Ново-Архангельска находится при соединении большого озера с Ситхинским заливом. Здесь прежде заготовлялась рыба для зимних запасов посредством заколов и была мукомольная мельница. При нынешнем правителе эти заведения усовершенствованы и к ним прибавлена пильная водяная машина. На мельнице перемалывается весь хлеб, привозимый из Калифорнии в зернах для продовольствия колоний, а пильная мельница снабжает адмиралтейство досками в таком изобилии, что оно может отпускать часть их за границу, чему уже были примеры".
Интерес представляет и описание жителей столицы Русской Америки и их быта. Завойко пишет: "Здесь, как и везде, они разделяются на особенные общества: высший круг составляют главный правитель со своим семейством, его помощник, правитель конторы и наши моряки, семейные и холостые. К среднему кругу принадлежат все должностные лица купеческого сословия. В обществе этих людей мы делили часы нашего досуга с большим удовольствием. Остальное народонаселение состоит из креолов и промышленников, переселившихся сюда из разных областей русских; они служат на жалованье компании".
Первое пребывание В. С. Завойко длилось около месяца. 11 октября 1835 г. транспорт "Америка" взял курс с острова Ситха на Гавайские острова.
Во время кругосветного плавания на "Николае" В. С. Завойко в 1838 г. дважды посетил Ново-Архангельск, где провел около четырех месяцев, и совершил плавание в Калифорнию, в залив Бодего, где находилась колония - форт Росс. Здесь он пробыл около полутора месяцев.
К этому времени главным правителем Русской Америки уже третий год был И. А. Купреянов, также участник двух кругосветных плаваний. На этот раз в описаниях Завойко уже нет прежнего восторга. В довольно мрачных тонах он описывает вход в Ново-Архангельский порт. В период отсутствия Завойко в Русской Америке случилась эпидемия оспы, которая унесла множество жизней. В. С. Завойко приводит данные о численности коренного населения Русской Америки: "Колош (тлинкитов. - В. А.)… теперь считается не более 6 000 (до 1835 года, или эпохи появления здесь оспы, их было 10 000), а постоянных жителей колош подле крепости в Ситхе - до 750, на Алеутских островах алеутов до 2 200, на Кадьяке - до 2 300, то в Чугаче кинайцев и других живущих на Аляске (в те годы Аляской называли лишь узкий полуостров, простирающийся в сторону Алеутских островов, севернее острова Кадьяк. - В. А.) не более 3 500".
Зима 1837-1838 гг., предшествующая приходу "Николая", была в Ново-Архангельске голодной, так как лето 1837 г. в форте Росс оказалось неурожайным. Поэтому 1 июля сам главный правитель И. А. Купреянов отправился на "Николае" в Калифорнию, чтобы лично проследить за отгрузкой продовольствия в Ново-Архангельск. Так Завойко впервые попал в Калифорнию. В окрестностях форта Росс находились три ранчо: Черных (уроженца Камчатки, вывезенного П. И. Рикордом в 1822 г. в Московскую земледельческую школу. В 1836 г. Черных поступил на службу в РАК агрономом), Хлебникова и Костромитинова. Вот как он их описывает: "Знаменитое село Костромитиновка состоит из одного домика… и из трех соломенных шалашей, в которых живут трое русских". Завойко сообщает, что селение и пашню обслуживают 250 индейцев, которые за работу вознаграждаются весьма скупо. "Корм состоит из разболтанной в кипятке муки, а по воскресеньям - в фунте мяса на человека. По окончании работ им раздают по рубашке, по платку или несколько бисеру". Тем не менее, пишет Завойко, индейцы всем этим были довольны.
Форт Росс Завойко описывает так: "Оно (селение. - В. А.) расположено на самом взморье. Это крепость, в которой дом правителя, контора и домы чиновника, сельских хозяев, конторщиков и приказчика. Крепость внутри и снаружи содержится в чистоте и порядке. Она выстроена из досок чаги. Число пушек не помню, потому что их не считал. Вне крепости находится селение, которого жители - женатые промышленники. Избы их построены из чаги. Есть у них большой скотный двор с принадлежностями, ветряная мельница".
По подсчетам Завойко, в Россе проживало 120 русских промышленников с детьми и женами, тридцать алеутов, завезенных еще при А. А. Баранове, то есть более двадцати лет назад. Местных индейцев было восемь мужчин и тридцать одна женщина. Хотя Завойко пробыл в Россе всего два дня, его сведения весьма интересны для историков, так как через три года, в 1841 г., форт Росс был продан американцу Джону Суттеру.
8 ноября 1838 г. "Николай" с грузом пушнины отправился в обратное плавание в Кронштадт. На нем возвращался в Россию И. Вениаминов, с которым В. С. Завойко познакомился еще в 1835 г., а позднее встречался в Охотске и Аяне. Выдающийся миссионер, просветитель, ученый-этнограф и лингвист Иоанн Евсеевич Вениаминов впоследствии стал под именем Иннокентия первым епископом учрежденной в 1840 г. епархии Камчатской, Курильской и Алеутской, а с 1850 г. - архиепископом Камчатским и Якутским. С 1868 г. и до кончины в 1879 г. И. Вениаминов фактически возглавлял Русскую Православную Церковь в сане митрополита Московского и Коломенского.
Во время первого пребывания Завойко в Ново-Архангельске в 1835 г. по настоянию Врангеля И. Вениаминова перевели туда протоиереем церкви Св. Михаила. До этого Вениаминов десять лет прожил на Уналашке и написал свой знаменитый трехтомный этнографический труд "Записки об островах Уналашкинского отдела". Во время плавания в Кронштадт Завойко подружился с И. Вениаминовым - "очень хорошим человеком, сведущим во всем". Завойко пишет о нем: "Он прожил в колониях пятнадцать лет, и ныне возвращается с нами хотя и после пятнадцатилетнего отсутствия, но не прямо на свою родину, в Иркутск, куда он уже отправил все свое семейство; он еще хочет объехать свет и видеть Петербург, где намерен напечатать свои полезные сочинения, составленные им для того края и для нас о том крае. Он первым перевел на алеутский язык Краткую священную историю, Катехизис, Евангелие от Матфея и составил поучение на алеутском и русском языках касательно христианских обязанностей человека. Сверх того, у него есть обстоятельная записка об Уналашкинском отделе островов, о колошах, колошенском и алеутском языках, нравах, обычаях и происхождении этого народа. Это будет первая книга в своем роде, которая разольет большой свет для ученых и вообще образованных людей на тот отдаленный край наших владений".
Кстати, десять лет спустя И. Вениаминов сыграл важную роль в судьбе самого В. С. Завойко. Во время посещения Петропавловска генерал-губернатором Восточной Сибири Н. Н. Муравьевым в июле 1849 г. решился вопрос о переносе Охотского порта в Петропавловск и образовании особой Камчатской области. Как сообщает биограф Н. Н. Муравьева-Амурского И. Барсуков, Муравьев колебался в выборе военного губернатора Камчатки между тогдашним командиром Охотского порта И. В. Вонлярлярским и В. С. Завойко. И. Вениаминов, с которым Муравьев ежедневно встречался в Петропавловске, однажды сказал ему: "За Лярского (Вонлярлярского. - В. А.) я руки не подставлю, а за Завойко я постою обеими руками, всем телом и всею душою".
Так и решился вопрос о первом камчатском губернаторе.
В. С. Завойко дает характеристики и другим обитателям Ново-Архангельска. Среди них - А. В. Голенищев, бывший в 1829-1835 гг. начальником Камчатки: "Он был неисчерпаем насчет Камчатки и жестоко нас смешил".
В. С. Завойко прекрасно понимал, что своими успехами в проведении кругосветных плаваний русский флот обязан не только образованным талантливым офицерам, но и простым матросам. С большой теплотой он пишет о них: "В заключение скажу еще о команде, что какая бы ни была погода, если только она будет так обмундирована, на такой пище и с таким расположением, то с русским матросом можно быть круглый год под парусами. Он тих, скромен и бодр. Ласковое слово офицера для него утешение во всех крайностях: от одного такого слова он ободряется и забывает все, а если к этому, да чарочку винца, чего он не перенесет… Не могу говорить без удовольствия о русском матросе, особенно как вспомню иностранных".
В 1840 г. В. С. Завойко поступил на службу в РАК и был назначен управляющим ее факторией в Охотске (РАК имела также факторию в Петропавловске). Охотский порт с самого своего основания в 1731 г. признавался всеми мореплавателями как неудачный. За сто с лишним лет было предложено множество проектов его переноса, но ни один из них не был реализован. Этим пришлось заняться В. С. Завойко. Недостатки Охотского порта состояли в отсутствии вблизи питьевой воды, мелководье и непостоянстве реки Охоты, открытом всем ветрам рейде, нездоровом и суровом климате, отсутствии поблизости леса для постройки и ремонта судов.
Особенно незавидным было положение фактории РАК, располагавшейся на самом конце Тунгусской кошки, ширина которой под действием штормов уменьшалась на три сажени в год. После осенних штормов 1841 г. от фактории до берега моря оставалось лишь три сажени, до берега реки чуть больше. В. С. Завойко сообщает: "В конце ноября (1841 г. - В. А.) начались снова крепкие ветры, а штормом в декабре морскою водою, нагнанною в реки, сломало лед, вынесло его в море и бурунами нагоняло с неимоверною силой. Этого же числа замечено новое обстоятельство, еще более убеждающее в ненадежности настоящего местонахождения фактории, а именно: от ударов льдин, нагоняемых бурунами на кошку, все здания фактории приходили в сотрясение, как от действия землетрясения, и это продолжалось три часа".
Поэтому в следующем году вместе со служащим РАК Дмитрием Ивановичем Орловым, бывшим поручиком корпуса флотских штурманов, сосланным по суду в Сибирь на поселение и впоследствии оправданным, В. С. Завойко решил внимательно осмотреть западное побережье Охотского моря. Его особое внимание привлекли заливы Аян и Алдома. Он пришел к выводу, что Аянский залив (Аян - по эвенски и означает "залив") - лучший из заливов на побережье. Единственный его недостаток - открытость юго-восточным ветрам. Ширина входа в залив около трех кабельтовых. Вход в залив ограничен с одной стороны банкой Лорга-Ангра, с другой - небольшим островом-скалой Чаячий. Поблизости расположено обширное озеро, в которое во время прилива возможен вход морских судов. Сама бухта длиной более полумили лежит между мысами Желтым на юге и Безымянным на севере. Глубина при входе в бухту 14-15, а в самой бухте - 5 метров, грунт - ил с песком. В бухте хорошая якорная стоянка, только при юго-восточных ветрах волнение мешает разгрузке судов. Место очень живописное, в отличие от Охотска. В северную часть бухты впадает небольшая речка Аянка, текущая в распадке между отрогами хребта Джугджур, в восточную - речка Уй. По долинам рек раскинулись обширные луга. Дорога от Аяна до Якутска оказалась не хуже Охотского тракта.
Все эти обстоятельства окончательно решили вопрос о выборе нового места для порта в пользу Аяна. Но чтобы проверить условия жизни на новом месте, В. С. Завойко оставил на зимовку в заливе Д. И. Орлова с пятью служащими компании и двадцатью якутами. Подпоручику корпуса флотских штурманов Петру Федоровичу Гаврилову на бриге "Промысел" Завойко поручил провести съемку залива и прилегающего к нему побережья. Д. И. Орлов построил за зиму все необходимое для переноса фактории: "Дом для управляющего и приезжающих, длиною 3 и шириною 2,5 сажени, о четырех окнах и трех комнатах с сенями, кладовою, кухнею и прочими службами (пол в доме был выстлан струганным тесом и в нем поставлена железная печь. - В. А.), казарма на тридцать человек, с русскою печью и всеми службами, баня, кузница и юрта для прикащика с выстланным полом. Все эти постройки были обложены дерном. Старый дом был обращен в пакгауз".
В 1844 г. Завойко прислал в Аян временного управляющего Савина, а Орлова отправил для осмотра рек Маи и Алдана на новом тракте. Орлов доставил в Аян первый транспорт с грузами из Якутска, причем значительно дешевле, чем обходилась доставка грузов по старому охотскому тракту.
В. С. Завойко официально предложил правлению РАК перенести факторию в Аян, что и было сделано в 1845 г. Указом правительства от 27 июля 1845 г. поселение в заливе Аян было названо Аянским портом РАК. Одновременно начальник Охотского порта капитан-лейтенант Транковский сделал представление генерал-губернатору Восточной Сибири Н. Н. Муравьеву о переводе Охотской флотилии в Аян.
Но стать главным русским портом на Тихом океане Аяну не довелось. В 1849 г. Охотск, Петропавловск и Аян посетил Н. Н. Муравьев. Окончательный выбор он сделал в пользу Петропавловска. 2 декабря 1849 г. последовал именной указ Николая II об образовании Камчатской области и упразднении Охотского порта. Первым начальником Петропавловского военного порта и военным губернатором Камчатской области был назначен капитан 1-го ранга В. С. Завойко, вступивший в должность 2 августа 1851 г.

  ВОЗВРАТ К СОДЕРЖАНИЮ