|
|
Евгений НАЗДРАТЕНКО:
«Вместе — победим!»
На вопросы главного редактора «ТВ» отвечает председатель госкомрыболовства
Вахрин Сергей Иванович, главный редактор:
— Уважаемый Евгений Иванович, не первый год на повестке дня Госкомрыболовства РФ стоит вопрос о преобразовании Государственного Комитета по рыболовству в Министерство рыбного хозяйства Российской Федерации. Мы понимаем, конечно, что дело не в названии, хотя ранг министра также наделяет председателя Комитета дополнительными полномочиями, а в функциях, касающихся всего комплекса управления рыбными сырьевыми ресурсами страны, которые находятся на грани экологической катастрофы. И это логично. Почему же в Правительстве это предложение не находит сочувствия и понимания?
Наздратенко Евгений Иванович, председатель Госкомрыболовства:
— Согласитесь, этот вопрос следовало бы адресовать не мне. Мы, если вы заметили, постоянно выступаем как раз за то, чтобы вернуть Минрыбхоз, именно министерство, наделив его всеми необходимыми полномочиями. И дело тут вовсе не в том, что Наздратенко, дескать, захотел стать министром — собственный статус меня интересует меньше всего. Просто сегодня уже для всех, кто так или иначе связан с рыболовством, очевидно, что существующая система государственного управления отраслью неэффективна, что распыление функций по нескольким ведомствам приводит к бардаку (у семи нянек дитя, как известно, без глазу), что оперативное управление отраслью просто невозможно… Да ведь и отрасль сама по себе огромна, у нас весь Дальний Восток живет в основном за счет рыбы! Я уже не говорю о том, что Госкомрыболовство ведет огромное количество международных переговоров, а статус в этом случае имеет очень большое значение.
Желающих забрать под себя отрасль много. Кто перетянет, туда ее и приткнут. А я глубоко убежден — надо возродить сильное рыбное министерство, возвратить под его компетенцию все функции, розданные сегодня направо и налево, вплоть до рыбоохраны. Мы и дальше будем настаивать на этом. Я убежден, что только жесткое государственное управление способно вывести отрасль из кризиса и вернуть России статус великой рыбной державы.
Вахрин С.И.:
— Дальневосточная лососевая путина-2002 показала, как опасно сосредоточивать в руках федерального центра управление всеми рыбными сырьевыми ресурсами. Практически было сорвано начало этой путины на Сахалине и Камчатке. Много проблем, требующих оперативного решения, возникало при наиболее мощных подходах рыбы и приводило к значительным экономическим потерям рыбопромышленные компании, а значит и к налоговым потерям регионы. Сегодня, когда в повестку дня выживания отрасли встали вопросы развития прибрежного рыболовства и марикультуры, эта зависимость от Москвы стала фактором, сдерживающим развитие отрасли, так как практически все (даже самые элементарные вопросы) необходимо согласовывать с московскими чиновниками. Не настала ли пора пересмотра собственности на рыбные ресурсы: в пределах 12-мильной зоны — собственность субъекта федерации, за пределами 12-мильной зоны — федеральная собственность? Ведь тогда то, что мы все называем «оперативным регулированием», могло бы осуществляться в реальности?
Наздратенко Е.И.:
— В чем-то вы, безусловно, правы. Однако я убежден в том, что опасен не федеральный отраслевой центр как таковой, а необходимость огромного количества согласований любого решения, которая существует сегодня. Ведь, по большому счету, основной проблемой в этом году стало не разрешение Госкомрыболовства продолжить путину, а согласование этого разрешения с Мин-природы и прочими причастными ведомствами. До 2002 года в ежегодном постановлении Правительства был пункт, что в случае форс-мажора Госкомрыболовство имеет право оперативно на треть увеличить квоту на вылов. В этом году впервые Минприроды настояло, чтобы этот пункт вычеркнули. Будь такие полномочия в одних руках, все вопросы решались бы намного оперативнее. Что криминального в том, что страна получила бы больше рыбы, если бы у нас было право оперативно решать вопрос с увеличением квоты? Да радоваться надо, когда природа так помогает России! Кроме того, можно было бы наделить губернаторов полномочиями, которыми они могли бы воспользоваться при форс-мажорных обстоятельствах. Все это должно быть четко прописано в законодательстве. И тут мы вновь приходим к главному — принятию Закона о рыболовстве. Без него, увы, любые шаги будут практически бесполезными. Что же касается вашего предложения — не думаю, что подобное решение оздоровило бы ситуацию. Боюсь, что скорее произойдет наоборот.
Вахрин С.И.:
— Главным экспертом ОДУ были рыбохозяйственные институты и Межведомственная ихтиологическая комиссия. Сегодня все перевернуто с ног на голову и Госкомрыболовство — последняя инстанция по утверждению ОДУ. Это приводит, как мы видим, к постоянному напряжению с началом то минтаевой путины, то лососевой, что в значительной мере бьет по исполнителям — рыбакам. Что предпринимает Госкомрыболовство, чтобы изменить этот порядок, и имеется ли какая-либо реальная альтернатива существующему порядку, которая бы устраивала не только Госкомрыболовство, но и Правительство?
Наздратенко Е.И.:
— Вы, наверное, шутите, говоря о Госкомрыболовстве как о послед-ней инстанции по утверждению ОДУ? ОДУ устанавливаются Постановлением Правительства после утверждения их Минприроды. Мы, к сожалению, первая, а вовсе не последняя инстанция, мы даем только первоначальные предложения, основанные на данных отраслевых научных институтов. Мы считаем альтернативой передачу этой функции полностью в ведение Госкомрыболовства. У нас же есть все необходимое для действительно объективной и оперативной оценки запасов — к нашим услугам и работа ученых, и возможности национального центра мониторинга. Мы намерены в полном объеме возродить существовавшую в советские времена промысловую разведку, например, совсем недавно ФГУП «Нацрыбресурсы» выкупило в Мурманске пять судов — специально для этих целей.
Однако Госкомрыболовство по-прежнему существует в странном статусе — до сих пор так и не утверждено Положение о Комитете. Поэтому, видимо, пока все останется так, как есть. К нашему общему сожалению.
Вахрин С.И.:
— Евгений Иванович, Вы во всеуслышанье заявляете, что реальными покупателями на аукционах валютоемких квот (икряной минтай, краб) являются криминальные структуры, так как законопослушные рыбаки не смогут свести концы с концами, покупая тот же минтай по 900 долларов за тонну, когда порог рентабельности — 300 долларов, но, тем не менее, при общем заявлении (даже Президента России), что аукционам нужна альтернатива, ее никто не видит — «…есть опасность вернуться к искажениям, которые были в прошлом» (В.В. Путин). В прошлом, надо полагать, — это когда распределяло Госкомрыболовство, когда квотами торговали «Нацрыбресурсы». Имеются ли какие другие предложения по замене аукционов, которые могут быть поддержаны и Правительством, и рыбаками?
Наздратенко Е.И.:
— Альтернатива существует, и мы уже не раз об этом говорили. Давайте проводить аукционы, давайте! Но! Только на берегу, по результатам лова. Пусть будет нормальный рынок, где покупатель видит товар, может выбрать себе продукцию по душе и по карману. На каком мировом аукционе почерпнута «блестящая идея» торговать квотами на рыбу в воде? А в результате мы сегодня с каждого рубля непроданной в России рыбы теряем 14 рублей добавленной стоимости.
Или, например, мне очень нравится норвежская система: там есть предприятия, где квоты переходят по наследству веками! В результате эти предприятия способны содержать берег, дороги, муниципальные власти. Мы должны признать, что большинство российских градообразующих береговых предприятий находятся в упадке, в нищете или на грани банкротства. У них нет и никогда не будет денег на участие в аукционах. Почему бы не закрепить за ними квоты без всякого оброка, пусть они живут, работают и платят налоги. Ведь речь идет о поселках, которые только и живут добычей и переработкой морепродукции. В конце концов, речь идет о наших гражданах, о нашем, российском, береге! Если думать о государственных интересах, то это необходимо сделать уже сегодня. То же относится к перерабатывающим заводам. Ну и наконец, если Госдума примет Налоговый кодекс в последнем чтении, то, на мой взгляд, аукционы отомрут сами по себе по той простой причине, что два раза обкладывать платой один и тот же ресурс просто нельзя. В новом Налоговом кодексе есть тарифная сетка, согласованная с Минфином и Минприродой, согласно которой плата за ресурсы будет взиматься по строго фиксированной ставке. Так что вариантов решения проблемы, как видите, довольно много, было бы желание.
Вахрин С.И.:
— Главная цель отечественной рыбной отрасли — это насыщение внутреннего рынка рыбной продукцией. Сегодня мы констатируем обратное — российская рыбная отрасль целиком и полностью работает на международный рыбный рынок, независимо от того, находятся ли рыбаки на окраине Отечества — Дальнем Востоке, или в непосредственной близости от исторического центра — Северного бассейна. В то же время все крупные чиновники федерального центра постоянно и многословно говорят об угрозе продовольственной безопасности страны. Что предпринимает Госкомрыболовство по предотвращению этой угрозы? И что необходимо сделать Правительству, чтобы повернуть рыбаков лицом к собственной стране?
Наздратенко Е.И.:
— Понимаете, все наши проблемы очень тесно взаимосвязаны и вытекают одна из другой. Естественно, в первую очередь необходимо принятие Закона о рыболовстве, поскольку, согласитесь, любой участник игры должен знать ее правила. Необходимо, наконец, определить один-единственный орган управления отраслью. Для того же, чтобы рыбаки повернулись лицом к собственной стране, нужно, чтобы сначала государство повернулось лицом к ним. Это значит, что нужно убрать из портов 25 проверяющих, оставив одного. Это значит, что судно должно сдавать улов не за неделю, а максимум за сутки, в идеале — за несколько часов. Это значит, что необходимо развивать портовую инфраструктуру, чтобы судно, сдавая улов, могло одновременно пройти необходимый ремонт, заправиться, запастись продуктами — да мало ли какой сервис можно обеспечить рыбакам в порту! Это значит, что необходимо совершенствовать налоговую базу, чтобы выгоднее было платить дань собственной стране, а не чужим берегам. Это значит, что нужно создать рыбакам такие экономические условия, при которых они захотят вкладывать прибыль в развитие берега. Тогда рыбакам не будет смысла идти в иностранный порт, они с удовольствием зайдут в свой. Вот вам и инвестиции, и наполнение бюджета… И всем, заметьте, будет хорошо. Мы, Госкомрыболовство, говорим об этом постоянно, стучим во все двери. Но реальных рычагов для изменения ситуации у нас, к сожалению, очень мало.
Вахрин С.И.:
— В течение многих лет различные структуры власти тормозят принятие «Закона о рыболовстве и охране водных биологических ресурсов». Россия не имеет и собственной «Концепции морской рыболовной политики» на ближайшую перспективу. То есть фактически мы ищем черную кошку в темной комнате, когда той кошки в комнате и нет. Кто и почему препятствует принятию этих основополагающих «правил игры»?
Наздратенко Е.И.:
— Я думаю, что основные противники принятия Закона о рыболовстве — люди, которых вполне можно было бы назвать «рыбной мафией». Я имею в виду тех, кого вполне устраивает именно невнятность законодательства в области рыболовства, тех, кто превратил широкомасштабное браконьерство и контрабанду в свой основной бизнес, кто зарабатывает на этом немыслимые капиталы, в то время как простые рыбаки нищают. Эти люди готовы заплатить любые деньги, дать какие угодно взятки, лишь бы все оставалось так, как есть!
Именно поэтому я считаю принятие Закона о рыболовстве главной задачей Госкомрыболовства. Сейчас после очередной доработки мы вынесли его проект на согласительную комиссию, надеюсь, что этот вариант будет окончательным.
Вахрин С.И.:
— Как быть с избыточным промысловым и обрабатывающим флотом? Идея выхода в Мировой океан требует значительной подготовки и государственных гарантий, да и старый отечественный флот не выдержит условий работы в жарком климате Южной Америки или Африки. Сегодня хозяева этих судов всеми правдами и неправдами (и для них аукционы — просто великолепный выход из положения) рвутся в моря, опустошая рыбные ресурсы. То есть переизбыток флота и подрыв рыбных ресурсов — это звенья одной цепи. Но реального механизма сокращения этого флота, специальной государственной программы его списания в России нет. Какой выход из этого положения видит Госкомрыболовство РФ?
Наздратенко Е.И.:
— Простого решения у этой проблемы нет, проблема действительно серьезная. Думаю, к ее решению нужно подходить дифференцированно. Во-первых, необходимо вывести супермощные суда (типа пресловутых «голубых») за пределы исключительной экономической зоны России, пусть ловят в Мировом океане. Для этого, в свою очередь, требуется серьезная работа на международном уровне. Знаете, сколько за полтора года мы в Госкомитете отвоевали позиций? Пока страна увлекалась романтизмом демократических перемен, наше место в Мировом океане заняли другие государства, Россия вылетела из всех международных договоров. Я сказал своим — ребята, что ж такое, давайте все возвращать. Бюджет комитета скудный. Не было денег на командировки — ехали на свои, ни одной международной конференции не пропустили. Это не похвальба, а ответ на ваш вопрос.
Кроме того, нужно провести серьезнейшую ревизию флота. Многие суда, которые сегодня их владельцами гордо называются «флотом», морально и физически устарели настолько, что в море им делать нечего. То есть часть их можно переориентировать на внутренние водоемы, часть нужно просто списать. Одновременно необходимо ввести четкую систему технической сертификации судов, где будут прописаны параметры, только строгое соответствие которым позволит судну заниматься промыслом в той или иной акватории. Ну и так далее.
В любом случае, существует не один вариант решения проблемы. Говорят, тот, кто хочет чего-то добиться, ищет возможность, а тот, кто не хочет, — причины, почему не может этого сделать. Так вот мы, Госкомрыболовство, ищем возможности.
Вахрин С.И.:
— Современная система охраны рыбных сырьевых ресурсов неэффективна. Отсутствует главный механизм — оперативное регулирование, который осуществляли и могут осуществлять только отраслевые рыбоохранные структуры. Один только пример — одним из главных нарушений Охотоморской минтаевой экспедиции был прилов молоди. После прихода пограничников этот вид нарушения фактически перестал иметь место, хотя приловы молоди в последние годы в Охотоморской минтаевой экспедиции достигали 70 и даже 100 процентов. Сегодня основной вид нарушения — промысел без разрешения. То есть с разрешением позволяется творить в море все, что угодно. И эти нарушения могут выявить только специалисты, отвечающие не за количество нарушений и суммы ущерба, а за состояние рыбных сырьевых ресурсов для обеспечения потребности отрасли. Насколько понимают-не понимают значение «отраслевого фактора» в охране рыбных сырьевых ресурсов в Правительстве России? Или для них рыбак — только вор и мафиози?!
Наздратенко Е.И.:
— Конечно, рыбак вовсе не вор и мафиози для руководителей страны. Скорее, кормилец. Проблема, к сожалению, в том, что в Правительстве пока нет единого мнения, как решить эту проблему. Предложения высказываются самые разные, но каждое из них — палка о двух концах. Самым реальным выглядит вариант создания единого органа, отвечающего за рыбоохрану, куда войдут и пограничники, и наши специалисты, и таможенники, и представители Минприроды — по типу Береговой охраны США. И в ФПС, и у нас, в Госкомрыболовстве, эта идея нашла поддержку. Но Минприроды — как та Баба-Яга в мультфильме — опять против.
Вахрин С.И.:
— Рыбак по роду своей деятельности не стремится к объединению. Чувство отраслевой корпоративности для него чуждо. Любой другой рыбак — это соперник, конкурент, чуть ли не враг. Но в то же время для спасения отрасли необходимо объединить усилия, сложить возможности и совместно противостоять той напасти, которая обрушилась на страну в виде тех же «рыбных аукционов». Какую роль и значение вы придаете в этом процессе корпоративного сотрудничества рыбацким средствам массовой информации, общественным организациям — например, Ассоциациям рыбопромышленников и рыбопереработчиков, и общественным мероприятиям — таким, например, как Всероссийский Съезд работников рыбного хозяйства?
Наздратенко Е.И.:
— Если следовать вашей логике, то вообще человек человеку — враг. Но ведь это же не так! Соперничество и конкуренция присущи абсолютно любому виду бизнеса. И это нормально, по крайней мере, в условиях рыночной экономики. Однако нужно понимать, что существуют проблемы, которые можно решить только сообща. И вот здесь роль СМИ и общественных организаций огромна, ее трудно переоценить. Нас, рыбаков, в стране больше полумиллиона, с семьями — как минимум в три раза больше. Неужели вы всерьез думаете, что такая армия не сумеет защитить свои интересы? Лично я верю в то, что вместе — победим.
|
