ПОЧЕМУ Я СМЕНИЛ ШТУРВАЛ?

 

 

В отличие от многих выступавших коллег я бы не стал сегодня петь рыбной отрасли «за упокой». Скажу больше — девяностые годы дали рыбной промышленности шанс, и те компании, которые быстро научились работать в новых условиях, этим шансом воспользовались.

Оставлю пока в стороне вопросы браконьерства, а также воровства чиновников. Скажу о прямом назначении рыбака.

Мы научились работать не хуже, а во многих случаях лучше «соседей». Мы научились приспосабливаться к конъюнктуре рынка, меняя и модернизируя орудия лова и технологическое оборудование. Одними из первых мы открыли мировой рынок экспорта продовольствия, когда филе минтая стоило 3,5 доллара за килограмм, и на эту сумму можно было купить два килограмма мяса. При этом тот, кто любит вспоминать прежние времена, забывает, что тогда минтай шел в основном на муку и безголовку, которые стоили на порядок меньше того же мяса, и что-то я не помню, кто ел тогда безголовку или подсыпал в суп рыбную муку.

Все старания государства в последнее десятилетие поставить рыбакам препоны в работе то ли посредством таможенных пошлин, то ли железнодорожных тарифов успешно преодолевались. К сожалению, нередко за счет контрабанды или браконьерства. Ну, а налоговая политика всячески подталкивала к разного рода изобретениям в укрывании доходов.

Государство как бы забыло о своем назначении — лоббировать интересы собственных производителей. Дав зеленую улицу браконьерам, оно не желало использовать политические рычаги для иностранных скупщиков краденого. Линия «Шеварднадзе» — это больше политика, а вот сверхприбыли японской перерабатывающей промышленности за счет опущенной донельзя цены на российскую рыбу — это конкретная экономика. Не меньший вред наносят китайские фокусы с филе, когда их низкосортная продукция смяла наш качественный экспорт. Результат — демпинговые цены на российскую рыбную продукцию, потери бюджета, рост теневого капитала.

С проблемой решили бороться по-русски, то есть бей своих, чтобы чужие боялись. Аукционы. Много про них сегодня говорилось. Главный недостаток аукционов — это неуважение к собственному производителю, порожденное неверием в него. Сегодня многие компании платят на аукционах от 20 до 30 процентов от валового годового дохода, т.е. в 2–3 раза больше, чем платят налогов или заработной платы. В какой еще экономике, кроме нашей, такое возможно?

Скажите сегодня Аликперову или Ходорковскому, что у них в одночасье заберут 20% валового годового дохода, причем в начале года, причем без гарантий добычи любимой нефти — куда они побегут? Вслед за Гусинским и Березовским?

А клятые всеми рыбные генералы сидят на месте, чешут затылки, покупают по бешеным ценам квоты, подсчитывают убытки и выставляют суда в море, где практически «за спасибо» сейчас работают рыбаки. А за счет чего развивать производство, ремонтировать суда, покупать топливо?

Как можно вкладывать средства в строительство новых судов, модернизировать старый флот, если рыбак не знает, сколько и что он будет ловить в ближайшее время?

Возможно, господин Греф сможет объяснить, как может развиваться отечественное судостроение в условиях «рыбных аукционов»?

Сегодня я депутат Камчатского областного Совета и пошел в депутаты не от хорошей жизни. Мне бы рыбу ловить, чем я и занимался в течение 33 лет, но вопиющий непрофессионализм и недальновидность, которые сейчас наглядно видны в деятельности государственных и региональных органов в управлении рыбной промышленностью, заставили, как говорится, сменить штурвал на авторучку.

И что я вижу? Правовой нигилизм в стране! Президент Российской Федерации, пообещавший отдать в ведение Камчатки ее морской огород — Петропавловск-Командорскую подзону, где ведут промысел жители Петропавловска на маломерных судах, вылавливая рыбу даже не тоннами, а килограммами, — оказался бессильным против московского чиновничества; Петропавловск-Командорскую подзону не только не отдали в пользование камчатским рыбакам, а и вовсе у них отобрали, объединив ее с Северо-Курильской подзоной, раздавая лимиты всем кому не лень, только не камчатцам. А где может заработать сегодня житель Камчатки, если в области не существовало и не существует никакой другой промышленности, кроме рыбной?

По прошествии двух лет после введения рыбных аукционов самые большие люди нашей страны (спикер Совета Федерации Миронов, сам Президент) позволили заметить, что аукционы наносят вред экономике регионов и страны. В то же время, при всей своей пагубности для рыбной отрасли, аукционы запланированы и на 2003 год. Сегодня 20% бюджета Камчатской области наполняется за счет налогов с рыбы, пойманной, переработанной и проданной. А 80% — дотации государства. Так какой смысл государству дотировать Камчатскую область, когда нужно дать ей рыбы, в соответствии с ее возможностями по вылову и обработке, и тогда наполняемость областного бюджета сразу поднимется на 60–80%, а то и вообще область превратится в донорскую.

Очень остро сегодня стоит проблема законодательного регулирования работы рыбной отрасли. Отсутствие цивилизованных правил игры, закрепленных федеральным законом, привело к тому, что сегодня каждый субъект России вынужден самостоятельно регулировать вопросы пользования водными биоресурсами, зачастую решая их, исходя из своих собственных возможностей или интересов.

И все же рыбная промышленность доказала свою конкурентоспособность на мировом рынке. Я уверен, что при разумной государственной политике рыбная промышленность способна в несколько раз перекрыть законными налогами эти 8 миллиардов рублей, которые у нас выбивают на аукционах. Но государству это почему-то не нужно, лучше оно даст мизер лимитов, в котором существенный процент составляют не имеющие пищевой ценности бычок и ликоды. Только на браконьерстве, то есть опять же на рыбе, но выловленной незаконно, может сегодня прожить житель камчатского побережья. Так дайте нам эту рыбу законно! Дайте камчатскому рыбаку в прикамчатских морях столько рыбы, сколько он сможет поймать, переработать и выгодно для себя, области и страны продать. Ведь у камчатского жителя, живущего на побережье Охотского и Берингова морей, существует на это право, дарованное ему Конституцией. В соответствии с законом о континентальном шельфе, он имеет приоритет перед всем миром в получении ресурсов, являющихся основой жизнедеятельности как его самого, так и всей Камчатки, экономическое благосостояние и просто состояние которого определяет только один ресурс из всех существующих в мире — РЫБА.

Сегодня просто необходимо обратить внимание на следующие проблемы:

1. Государство сильно волнуется по поводу нефтяных цен, но почему-то очень мало интересуется ценами на рыбную продукцию. Нам необходим государственный протекционизм — любая встреча на любом уровне с японскими и другими представителями, имеющими отношение к рыбной отрасли, должна начинаться с постановки проблемы контрабанды и защиты нашей экономической зоны.

2. Необходимо предусмотреть государственную систему мер для привлекательности российских портов, российского судостроения, российского судоремонта. Подчеркиваю — привлекательности, а не за-претительства. Проблема Калининграда, конечно, велика. Но у рыбаков свой Калининград — с путаницей вокруг территориальных вод, закрыванием и открыванием границ, оформлением заходов и отходов.

3. Нужно перестать болтать о рыбной мафии на всех уровнях и всерьез заняться укреплением пограничных и природоохранных структур. Болтовня о рыбной мафии дискредитирует тяжелый, рискованный, но очень полезный для России труд рыбака, ставит честного труженика на одну ступень с бандитами и браконьерами.

4. Рыбакам нужно всячески укреплять такие значимые гражданские институты, как ассоциации, которым со временем и нужно будет отдать распределение квот. В ином случае чиновники все разворуют, а вот рыбак у себя воровать не будет.

5. Законодатели всех рангов должны объединиться для скорейшего решения вопроса и принятия федерального закона «О рыболовстве». Мы должны положить конец беспределу, беззаконию и неопределенности.

 

 

В понедельник во Владивостоке началось официальное разбирательство инцидента с рефрижератором «Тулун» — скандала, привлекшего внимание даже президента РФ. Как удалось выяснить «Известиям», подоплекой скандала стало столкновение интересов экс-губернатора Приморья, председателя Госкомрыболовства Евгения Наздратенко с одним из местных криминальных авторитетов.

«Рефрижератор «Тулун» захвачен неизвестными вооруженными людьми, предположительно пиратами, которые открыли огонь по приближавшемуся корейскому катеру». Такую информацию морская полиция Южной Кореи (инцидент произошел в корейском порту) ровно неделю назад передала российским правоохранительным органам. Команду разобраться в ситуации дал лично президент Путин. На перехват ушедшего в море судна были подняты два военных корабля Тихоокеанского флота, вылетел военный самолет. Сразу несколько ведомств создали оперативные штабы. Самым действенным, однако, оказалось вмешательство Госкомрыболовства. Пресс-служба ведомства на следующий день распространила сообщение, суть которого заключалась в том, что инцидент исчерпан и никакого захвата на самом деле не было. Был «спор хозяйствующих субъектов».

«Тулун» принадлежит ООО «Регион», которое зарегистрировано в г. Холмске (Сахалин). Как рассказали «Известиям» в одной из рыболовецких фирм Холмска, директор «Региона» Александр Бронников считается человеком бывшего губернатора Приморья Наздратенко. В борьбе за «Тулун» ему противостоит известный на Дальнем Востоке криминальный авторитет по кличке «Якут». «Якут» вел свой бизнес и с Бронниковым, от которого регулярно, как говорят, получал отчисления. Однако в последнее время платежи прекратились. Разгорелся конфликт. Спор бывших партнеров попытался разрешить суд, но безуспешно.

— На переходе «Тулуна» из Японии в Корею к судну стал приближаться катер «Вест Винд», по внешнему виду очень похожий на корейский патрульный. Однако вопреки принятым правилам флаг Кореи развевался не только на корме, но и на носу. Капитану это показалось подозрительным, он отдал команду за-драить все иллюминаторы и дать полный ход. На палубу «Вест Винда» высыпали человек 10 в черном, но добраться до нашего борта они не смогли. А стрельбы не было, — рассказал «Известиям» один из участников рейса, отказавшийся назвать свое имя. По предположению экипажа «Тулуна», информацию о стрельбе дали люди «Якута», чтобы корейские власти задержали судно и у них появилось время взять рефрижератор в свои руки. Однако корейцы не стали этого делать, и «Тулун» ушел в нейтральные воды. Между тем, поднялась такая шумиха, что она привлекла внимание даже главы государства. Это несколько охладило пыл разбирающихся сторон, и они дружно дали команду «замять» скандал. Полетели успокаивающие телеграммы из Госкомрыболовства. Силовые ведомства, вначале направившие немалые силы в разрешение конфликта, тут же дали «задний ход».

— Флот не принимает никакого участия в этой ситуации, — заявил «Известиям» начальник пресс-центра Тихоокеанского флота.

Можно ожидать, что конфликт на самом деле далеко не закончен и в ближайшее время может быть продолжен.