РЫБАК РЫБАКА ВИДИТ ИЗДАЛЕКА

 

 

Евгений Иванович Наздратенко родился в Северо-Курильске, а это всего в 250 километрах от Петропавловска, но впервые Евгений Иванович посетил Камчатскую область только сейчас. Поводом для данного визита явились два не очень большие по областным масштабам события. Расположенный в Петропавловске-Камчатском колхоз имени Ленина построил и торжественно запустил в эксплуатацию прекрасную рыбоперерабатывающую фабрику. Вторым же событием явилось то, что Камчатскому областному управлению рыбоохраны в начале апреля исполнилось 55 лет. Проведение этих мероприятий сопровождалось, как и положено, официальными поздравлениями, награждениями и прочими приятными атрибутами, присущими подобным торжествам.

В перерывах между торжественными событиями было проведено несколько производственных совещаний, в том числе и с присутствием прессы. Кроме этого, Евгений Иванович дважды выступил по различным каналам местного телевидения. Если говорить о том, что запомнилось из визита главного рыбака России, то это, наверное, его сверхпопулистское поведение, причем иногда оно явно превышало общепринятые нормы и даже шокировало обывателей Петропавловска. Вот как, например, это оценили наши коллеги из газеты «Вести».

«Журналисты лишний раз убедились, что бывший губернатор Приморья любит гнуть свою линию и берет инициативу в свои руки даже тогда, когда ему приходится быть в роли интервьюируемого. То, что Евгению Ивановичу сейчас было ближе обращение «товарищ», понять можно. Хотя одним махом от господских замашек избавиться еще никому не удавалось. Это и привычка говорить собеседнику «ты», и почти арлазоровское обращение в зал: «Эй ты, парень!». Обвинив Марину Валяеву в бестактности (руководителя рыбацкого телеканала города — «ТВ»), Наздратенко вынудил ее покинуть пресс-конференцию. В эфире ГТРК «Камчатка» он всячески изводил ведущего с ним интервью Алексея Костылева, а во время прямого эфира на ТVК поставил в неловкое положение Владимира Ефимова, спросив, давно ли тот смотрелся в зеркало. И только потому, что ведущий имел неосторожность сказать: «Меня прямо-таки распирает от вопроса…» (Ирина Дронова, «Абсолютная прозрачность» ).

Кроме всего прочего, не был упущен и главный козырь, обязательно используемый российскими популистами всех мастей при попытках быстро заработать авторитет (пусть порой и дешевый) у большой массы народа — национальный вопрос. Досталось всем, и что самое смешное — в ходе разговора Евгений Иванович не очень лестно упомянул наших братьев-славян, или, по его выражению, «хохлов», хотя, судя по фамилии — Наздратенко, его предки, вероятно, выходцы с Украины.

Что же касается инцидента с руководителем рыбацкого телеканала Мариной Валяевой, о котором шла речь в публикации газеты «Вести», то он достаточно негативно характеризует господина Наздратенко. И дело не в том, что он бестактно поступил по отношению к журналистке.

Дело в другом — а за что столь сильно разгневалось его сиятельство? За то, что журналистка осмелилась посеять сомнение в том, что некие обещания председателя Госкомрыболовства будут выполнены. То есть, по сути, замахнулась на святое.

Но беда Наздратенко и Валяевой все-таки в другом — когда в стране законы и правила вводятся и отменяются мгновенно, по желанию отдельных не вполне компетентных личностей, а не в установленном порядке по объективным обстоятельствам, тогда и рождается правовой беспредел и появляются зачатки барского деспотизма, которые отнимают всякую надежду на какую-либо перспективу в России вообще, или в рыбной отрасли в частности.

Но обо всем по порядку. Основа конфликта — Наздратенко-Валяева — была заложена на производственном совещании, которое прошло на пару часов раньше, чем пресс-конференция.

Это совещание, хоть и называлось производственным, но очень мало на него походило, чему удивлялись даже далекие от рыбных тем журналисты. Из зала вместо конкретных вопросов и предложений председателю постоянно поступали какие-то жалобы, авторы которых, как будто сговорясь, твердили практически одно и то же.

И в этот момент рыбаки пяти камчатских фирм обратились к Евгению Ивановичу с просьбой разрешить им, в виде исключения, поработать в этом году донными сетями, запрет на которые был введен необоснованно и несвоевременно — за неделю до начала промысла, когда суда были уже оборудованы для работы этими сетями, т.е. судовладельцы уже понесли большие издержки по их закупке. Выдержав длительную паузу, председатель эффектно изрек: «Ладно. Разрешаю! Работайте!» Это вызвало аплодисменты в зале, кто-то даже крикнул «Ура!».

И вот после произведенного в зале фурора, как пощечина — освежающая или приводящая в чувство, — прозвучали слова журналистки Валяевой о том, какие гарантии дает председатель Госкомрыболовства Наздратенко под свое обещание: у нас, дескать, и президент России обещания давал. Дал — а потом обратно взял. Он ведь хозяин своих слов. И тут Евгений Иванович, этот обаятельный в других случаях человек, серьезно рассердился. Да что там рассердился — вознегодовал. И гнев его был столь яростен, что журналистка вынуждена была покинуть зал.

А ведь Марина была права… И она так и не получила ответа на свой вопрос.

Как не получили его и многие из тех, кто хотел бы понять, а зачем, на самом деле, прилетал на Камчатку председатель Госкомрыболовства и что его так в последнее время сблизило с администрацией Камчатской области, о которой он говорит только в стиле дифирамбов?

Известная с детства фраза «Кукушка хвалит петуха за то, что хвалит тот кукушку» явно не подходила — уж больно было просто. И только недавно, услышав от губернатора области на комитете Совета народных депутатов по рыбной промышленности и судоремонту признание о собственной незаконной деятельности в сфере рыболовства, мне стало понятно, что их объединяет, — возможность заниматься этой самой незаконной деятельностью. Речь идет о распределении квот на вылов. Из Приморья Наздратенко, как известно, вынужден был уйти. Причем ему — уже чиновнику в ранге председателя Госкомрыболовства — открыто дали понять, что в крае отныне рыбный пирог будут делить без него, а это, худо-бедно, почти половина всей дальневосточной квоты. Обиду свою на приморского губернатора Сергея Дарькина Евгений Иванович на Камчатке не скрывал — наоборот, афишировал в различных интервью. Дарькин же, как известно, неоднократно жаловался на председателя Госкомрыболовства Президенту и правительству. В ответ Наздратенко назвал распределение квот в Приморском крае… фашизмом.

В Хабаровском крае Евгения Ивановича не жаловали и в прежние времена. Много писали в газетах о том, что очень много сделал для того, чтобы избавить от Наздратенко Приморский край, полномочный представитель Президента К.Б. Пуликовский.

Сахалинская область до сих пор помнит, как приморский губернатор Е.И.Наздратенко пытался отнять у нее Курильские острова вместе со всеми рыбными квотами, находящимися в курильских водах. К тому же позиции сахалинских рыбаков в области очень крепки и рыбаки там не допустят беспредела.

Что касается Чукотки, Корякии и Магаданской области, то квоты у них составляют всего по 1,5–2 % от общей Дальневосточной, что в принципе не представляет особого интереса, да и у руля в этих регионах стоят не последние в России люди — один Абрамович чего стоит. А Цветков, магаданский губернатор?

Не сложились у Евгения Ивановича взаимоотношения и с другими рыбацкими регионами — возьмем, к примеру, обращение в Генпрокуратуру губернатора Мурманской области по поводу распределения мурманских квот Москвой.

И потому гостеприимная Камчатка — это просто подарок Евгению Ивановичу при таком раскладе сил в регионе и стране.

Камчатка, как известно, со всеми своими энергетическими проблемами ручная, и под диктовку Евгения Ивановича (под обещание рыбных квот) скажет все, что надо, а это, как-никак, хоть и в прошлом, но «рыбный цех страны».

А потому и причина приезда председателя Госкомрыболовства на Камчатку также довольно проста — 17 апреля состоится заседание Совета Безопасности, на котором будет слушаться доклад Е.И. Наздратенко о состоянии дел в рыбной промышленности, и ему, безусловно, нужна поддержка с мест, чтобы удержаться в своем кресле, о чем он также очень много и эмоционально говорил на Камчатке.

Так что приезд на Камчатку для Наздратенко — вынужденная необходимость и, может быть, единственная возможность остаться на посту председателя рыбной отрасли.

И еще: не надо забывать о том, что в Приморье выпали из активной обоймы многие рыбопромышленники. А Камчатка весьма богата лососем. И еще — если удастся спровадить камчатский крупнотоннажный флот в Мавританию, то останутся свободные квоты, которые очень любят делить в Москве…

А о том, что это будет сделано по закону, позвольте и нам, вместе с Мариной Валяевой, усомниться. Пример тому — открытие промысловой Олимпиады (то есть на промысел в счет межрегиональной промышленной квоты) в Охотском море для группы крупнотоннажных судов, чьи хозяева из числа лиц, особо приближенных к председателю…

 

 

 

 

— Теперь мы сможем более эффективно защищать права своих предприятий (а их в ассоциации 30) на пользование водно-биологическими ресурсами, — сказал и.о. президента Ассоциации Петр ЧУРКИН. — В том числе будем оформлять коллективные заявки на рыбные квоты и отстаивать их на всех уровнях, начиная от рыбохозяйственного совета (ПРХС) при краевой администрации и заканчивая Госкомрыболовством РФ. Ассоциация также намерена активно содействовать тому, чтобы отношения в сфере рыбохозяйственной деятельности края были максимально прозрачны и больше не повторилось то, что случилось на президиуме ПРХС в декабре прошлого года и во многом способствовало сложившейся сегодня ненормальной ситуации вокруг рыбных квот.

— Перехитрили самих себя. Администрация края нарушила собственное же подписанное нынешним губернатором положение «О порядке использования водных биоресурсов, выделяемых в установленном порядке для Приморского края». Когда Приморье получило лишь 39,7 % от прошлогодних промышленных квот на минтай, администрация края, на мой взгляд, должна была принять все меры для их максимально справедливого (если в таких обстоятельствах это вообще возможно) и эффективного распределения между пользователями. По собственной же схеме: сбор заявок, проект распределения по приморским компаниям, его рассмотрение на совете, утверждение губернатором и отправка в Госкомрыболовство.

— Да, только без рассмотрения его на рыбохозяйственом совете края. В результате ряд компаний не попали в число «равных среди равных» из-за якобы их незначительности в социальном и градообразующем плане. Будто на их судах работают не приморские рыбаки, а сами фирмы не платят налогов. Платят! И очень достойно. Отказавшись от учета уровня государственной эффективности использования ВБР за предыдущий год, взяли за критерий «вал» налогов. Я понимаю наличие в этом списке компании «Посейдон», которая дает на каждую тонну выделяемых ей ресурсов более 4 тыс. руб. налогов. Но есть среди избранных и те, кто платит лишь тысячу, а то и не дотягивает до 500 руб. Тем не менее администрация края решила по-своему, отправив малые и средние предприятия на аукционы, то есть в экономическую петлю.

— А также другие. Руководителей этих предприятий в декабре собирали, но не на рыбохозяйственный совет, в составе которого десятки компаний, а на президиум РХС, на 90 % состоящий из руководителей крупнейших компаний. Им разъяснили новую политику, они согласились. Каждый из них, видимо, знал только свою цифру, поэтому вел себя спокойно. Между тем проект распределения квот уже был «на пути» в Москву. И лишь когда пришел тот самый приказ ГКР, многие, сравнив, прозрели. Рассчитывали, как минимум, на 40 % от прошлогодней квоты, пропорционально снижению ОДУ для Приморья в целом, а увидели, что одним почему-то досталось более 100 %, другим — менее 40 %.

— Я не знаю доподлинно, до какой степени любит председатель ГКР Приморье. Но фактом является 41 % от промышленных квот 2001 г. (с учетом добавленного недавно из резерва Правительства РФ), что значительно ниже, чем у наших соседей по Дальнему Востоку. Цифры говорят за себя.

— Что, кстати, является беспрецедентным случаем в практике распределения квот. Но на этом чехарда не закончилась. Когда рыбаки начали возмущаться, администрация края не придумала ничего лучшего, как остановить флот до решения вопроса с перераспределением квот. А на каком основании? Снова конфликт. Теперь идут разговоры о продлении промысла минтая до 20 апреля, якобы в Госкомрыболовстве уже зреет решение. А наш РХС против, мол, так мы окончательно подорвем ресурсы минтая. И все эти перипетии на фоне конфронтации между краевой администрацией и ГКР только вредят делу и краю. Кто там прав или виноват — судить не берусь. Но наверняка этого скандала можно было избежать, если бы администрация сама не допускала двусмысленности своими действиями.

— Не смог, хотя был против принятого там принципа распределения квот. Но тогда Ассоциация могла воздействовать на ситуацию лишь словом, а теперь у нас есть юридические права.

— Уже начали. На последнем рыбохозяйственном совете по инициативе Ассоциации было принято решение предложить администрации края еще до 1 июля подготовить список всех пользователей ВБР. И не в алфавитном порядке, а с точки зрения приоритетов для экономики края. В июле этот перечень утвердим, чтобы в ноябре на совете сформировать заявку на следующий год без кулуарных интриг. Ассоциация, во всяком случае, будет этого добиваться.