ОБЕД НА ЗАВТРА: ВЗГЛЯД РЕАЛИСТА

 

 

Карл Поппер, один из философов-неопозитивистов 20-го столетия, не без оснований считал, что предсказать будущее для человечества невозможно (К. Поппер, Открытое общество и его враги, т.1, М., 1990). И тем не менее прогнозы строятся и приходится оценивать их реалистичность. Что касается экологических прогнозов выживания человечества, то в этом случае ситуация особенно трудная. По сей день сосуществуют несколько «моделей мира».

Есть мрачный алармистский взгляд на будущее. Апокалипсис неизбежен, так как ресурсы будут исчерпаны, а среда обитания загрязнена и разрушена. На этих позициях в 60–70-е годы стоял Римский клуб. Однако даже «римляне» сегодня более оптимистичны: успехи ФРГ и Японии в охране окружающей среды на фоне экономического роста показали, что у человечества все-таки есть шанс.

Существует технократический взгляд: «Плодитесь и размножайтесь!» Вместо одних исчерпаемых ресурсов будут найдены другие, а если опираться на новейшие достижения науки, то можно жить и в «мире без природы».

Есть и противоположный технократам консервативный взгляд: «Назад к природе!» — с сокращением народонаселения до 0,5–1,5 млрд человек, переходом на экологически чистые нетрадиционные источники энергии, биоземледелие и расселение жителей мегаполисов в уютные экополисы. Однако такой «экологический рай», очевидно, построить не удастся.

Как синтез лучших сторон полярных представлений о будущем появилась концепция «устойчивого развития», которая после 1992 г., по существу, стала долгосрочной программой действий мирового сообщества. Впрочем, сегодня «устойчивое развитие» — это не более чем договор о намерениях: бурный рост народонаселения в странах третьего мира продолжается, уровень загрязнения среды повышается и ни о какой помощи богатых стран бедным пока всерьез говорить не приходится.

И тем не менее иного пути у человечества, видимо, нет. В пропаганде этих идей особую роль играет американский институт «Worldwatch», популярность которого растет. Ряд его выпусков рецензировался в журнале (Миркин Б.М., Иллюзия прогресса, Природа, 1993, № 11, с.123–125.).

Директор института Лестер Браун — специалист по вопросам экономики сельского хозяйства. Последние годы он занимается вопросами продовольственной безопасности.

В книге говорится, что в результате эрозии, опустынивания, расширения городов и сети автомобильных дорог за последние 50 лет площадь пашни в расчете на одного человека сократилась с 0,25 до 0,1 га (в том числе орошаемой — с 0,05 до 0,03 га), причем процесс этот будет усиливаться. К примеру, Китай планирует к 2010 г. увеличить количество автомобилей с 2 до 22 млн, а ведь для каждого из них нужен гараж, места парковок и асфальтовые автотрассы.

Будут продолжаться процессы разрушения пахотных земель и в результате их антиэкологичного использования (особенно в странах третьего мира). Интенсивный полив уже нанес огромный ущерб Саудовской Аравии (за последние годы сбор зерна там упал с 5 до 2 млн т); стал причиной трагедии Арала, истощения запасов грунтовых вод в земледельческих районах Китая. Почти целиком используют для полива и реку Колорадо.

Даже при наметившемся замедлении роста народонаселения планеты каждый год рождается 90 млн человек, для пропитания которых нужно 26 млн т зерна. Получить дополнительно это зерно уже практически невозможно.

В высшей степени интересные данные Браун приводит по белковой части нашего рациона, основу которого все еще составляет белок животного происхождения. Тенденции изменения структуры потребляемой человеком биологической продукции он связывает с эффективностью откорма, т.е. затратами растительных кормов на производство мяса. В этом случае разные варианты вторичной биологической продукции выстраивают в следующий ряд. В пересчете на зерно для получения 1 кг говядины требуется 7 кг корма, свинины — 4 кг, яиц — 3 кг, птицы и прудовой рыбы — 2 кг.

Неэффективность откорма крупного рогатого скота привела к тому, что начиная с 70-х годов производство говядины в мире стабилизировалось, но резко возросло количество производимой свинины, мяса птицы, яиц, прудовой рыбы. Морская рыба при этом сохраняет свою роль, хотя если с 1950 по 1989 г. вылов возрос более чем в четыре раза (с 19 до 90 млн т в год), то в последние десятилетия даже снизился, что связано с истощением популяций наиболее ценных промысловых рыб и других морских животных.

И все-таки анализ проблемы, выполненный Брауном, и его прогнозы грешат чрезмерным экономизмом. Так, процессы разрушения почв он сводит к влиянию эрозии, не обращая внимания на пагубность интенсивной обработки, удобрений, ирригации, когда теряется гумус и почвы разных природных районов превращаются в «агроземы» с обедненной биотой, что снижает окупаемость тех же удобрений урожаем.

При разработке прогнозов и рекомендаций Браун не упоминает об адаптивной селекции, роли поликультур, севооборотов и о других способах активизации биологического потенциала растений и целых агроэкосистем. Таким образом, чисто агроэкологические аспекты продовольственной безопасности в этой работе остались в тени.

Тем не менее предостережение Брауна о пагубности современных тенденций развития сельского хозяйства воспринимается как вполне обоснованное. Изменение политики использования агроресурсов неизбежно и необходимо в самом ближайшем будущем.

Следует вспомнить слова И. Ганди: «Самое страшное загрязнение — это голод».

 

 

 

 

 

Национальные поставки будут в основном из япономорских районов, импортные — из Приморья и КНДР. Цена на желтую икру самцов национальных поставок составит 2800 иен/120-г лоток, белую икру самцов — 1800 иен/120-г лоток, желтую икру в солевом растворе —1800 иен/100-г лоток, белую икру в солевом растворе — 1000 иен/100-г лоток, приморскую желтую икру — 2000 иен/120-г лоток, красную икру (самок) — 1200 иен/120-г лоток, северокорейскую желтую икру — 1300 иен/100-г лоток, белую икру — 900 иен/100-г лоток.

 

Основным количественным показателем, от которого в основном зависит цена товара, является гонадный индекс. Он определяется путем безвыборочного взвешивания нескольких (обычно десяти) ежей в живом виде, а затем, после вскрытия, взвешивания половых желез или гонад («икры») этих же ежей. Отношение массы гонад к массе живых ежей, выраженное в процентах, и является гонадным индексом.

К качественным показателям относятся средние размеры морских ежей и процент ежей нетоварного размера. Если количество мелких ежей довольно велико, то такую партию могут забраковать в порту приемки товара или примут по значительно сниженной цене.

Другим показателем качества является внешний вид поставляемых ежей. Если морские ежи несомненно мертвы (иглы опущены вниз и не шевелятся, издают неприятный запах, много темной вытекшей полостной жидкости и др.), партия может быть также забракована. Цена снижается также из-за интенсивной «течки» половых продуктов в период их максимальной зрелости и готовности к вымету. Кроме того, качество икры морских ежей оценивается и по цвету половых желез. Если они имеют ярко-оранжевый или желтый цвет с разными вариантами расцветки, то такая икра ценится довольно высоко. Если же цвет половых желез темно-коричневый или почти черный — качество икры плохое и цена будет снижена или товар не будет реализован. Для более объективной оценки цвета икры морских ежей иногда применяют специальную шкалу цветности, которую сравнивают с внешним видом конкретной гонады.

 

Коренные жители Новой Зеландии долгое время считали новозеландского морского ежа деликатесом, на экспорт шло лишь очень небольшое количество продукции, поскольку она имеет горьковатый вкус, низкое качество и небольшой выход.

В Японии цена на высококачественную икру морского ежа, которая обладает ярко оранжевым цветом и высоким содержанием гликогена, достигает USD130/кг. Снижение добычи этого морепродукта в Японии (с 27,0 тыс. т в 1969 г. до 13,5 тыс. т в 1998 г.) дало возможность зарубежным поставщикам завоевать большую долю рынка.

Цена на импортную икру обычно вдвое ниже, чем на икру национального производства, но и она является дорогостоящим продуктом. Высокая цена на икру привела к чрезмерной эксплуатации запасов дикого морского ежа, и возникла необходимость его выращивания в аквакультуре, чтобы удовлетворить спрос.

Наиболее реальной формой культивирования морского ежа в Новой Зеландии является содержание отловленных особей в наземных или морских сооружениях. Увеличить производство и повысить качество икры можно за относительно короткое время, и этот способ имеет хорошие перспективы в Новой Зеландии, поскольку запасы новозеландского морского ежа огромны.

С точки зрения затрат наиболее выгодным является выращивание в морских хозяйствах. Норвежцы разработали простой, но эффективный способ содержания морских ежей в садках, установленных один на другой, а также в садках, прикрепленных к плотам специальной конструкции. В Новой Зеландии с этой целью можно использовать фермы по выращиванию мидий, где садки с морским ежом можно подвесить к ярусам.

 

В настоящее время существует исключительно водолазный лов морских ежей несмотря на то, что оба вида можно добывать на мелководьях с помощью сачка, а на больших глубинах они попадают в тралы и драги. В последнем случае морские ежи сильно травмируются и ломаются, приобретая нетоварный вид. Вылов ежей сачком непроизводителен.

Добыча морских ежей легководолазами осуществляется обычно с водолазных ботов и катеров типа ВРД.

Так как морские ежи образуют промысловые скопления обычно на небольших глубинах (1–10 м), с водолазного бота облавливают всю прибрежную полосу скопления, делая небольшие переходы и бросая якорь на средних глубинах. Промысел осуществляют только при хороших погодных условиях, при отсутствии штормовых волн и зыби. Продолжительность работы водолаза зависит от температуры воды и глубины и обычно не превышает 3-4 часов за рабочий день.

Так как морские ежи формируют относительно плотные скопления (в среднем 5 экз./м2, часто до 40–50 экз./м2), водолаз вручную быстро наполняет питомзу, которая имеет такие же размеры, как и для лова трепанга. Иногда вместо питомзы наполняется сразу большой садок-корзина, установленный на дне. Ежей вытряхивают из питомзы в ящики и окончательно сортируют по размеру. Некоторые опытные водолазы прямо под водой разбивают нескольких морских ежей, чтобы визуально убедиться в качестве и количестве икры. Если качество и количество не соответствуют предъявляемым требованиям, водолаз переплывает на другое место.

Если промысел морских ежей осуществляется с целью их экспорта в живом виде, то очень важно выловить минимальную партию (от 6 до 10 т) как можно за более короткий промежуток времени. Для этого промысел ведут в одном районе сразу 4–6 мотоботами. Кроме того, морских ежей сначала накапливают в специальных садках-накопителях, установленных на дне. В качестве таких садков обычно используют каркасы крабовых ловушек, обтянутых крупноячеистой делью. В каждый такой садок-накопитель водолаз загружает до 100 кг морских ежей. Однако нахождение морских ежей в садках-накопителях ограничено по времени и обычно более трех суток их не держат.

Если водолазы под водой не делают тщательную сортировку морских ежей, ее осуществляют на палубе судна на специальных сортировочных столах. Мелких морских ежей выпускают обратно в море в местах их обычного обитания. Очень крупных морских ежей («стариков» с размерами панциря более 60 см в диаметре) следует вывозить на берег и сдавать на кормовую муку или на удобрения.

Отсортированных морских ежей помещают в ящики в несколько слоев, в среднем по 10 кг. Важно, чтобы верхний слой не возвышался выше стенок ящика, так как при установке ящиков в штабель морские ежи могут быть раздавлены. Перед сдачей на транспортное судно в каждой партии морских ежей оценивают качество и количество икры.